Помраченный Свет

И под конец одержимому велели не мешаться под ногами, сделать свое дело и исчезнуть. Потрепанная волнением память могла в чем-то ошибаться, но все прошло примерно так.

– Ты сам захотел в этом участвовать, – ответил Ахин, обращаясь то ли к другу, то ли к самому себе.

– Нет, это ты попросил меня помочь, – буркнул Биалот. – И вот я сижу с тобой на стене. Сижу на стене – и все.

– Это важно.

– Важно? Если бы меня тут не было, то абсолютно ничего бы не изменилось. Ни сейчас, ни в конечном итоге. Это, по-твоему, важно?

– Важно наше поручение, которое мы обязаны выполнить.

– Не наше поручение, а твое, – возразил Биалот. – Я тут не нужен.

– Нужен.

– Зачем?

– Ну, нужен.

– Не знаю, я не вижу никаких причин.

– Не надо искать причины.

– Почему?

– Мне страшно одному! – сорвался Ахин, рискуя быть обнаруженным стражниками у ворот. – Мне страшно! Так понятно?

– Тихо ты, – проворчал сонзера. – Сказал бы сразу, что я тут просто за компанию. А то что-то про важные мелочи, необходимости… Мы же друзья, в конце-то концов.

– Да, и я очень благодарен тебе за поддержку. Но почему ты постоянно…

И тут до слуха одержимого донесся подозрительный шорох.

«Это снизу. Нас кто-то заметил!» – Ахин почувствовал, как сердце запнулось, пустив по артериям едва ли не больше крови, чем те могли выдержать. К счастью, боль быстро отступила, и даже обошлось без последствий. Смерть от испуга была бы сейчас весьма неуместна. Впрочем, смерть всегда неуместна.

Одержимый осторожно подполз к краю стены и посмотрел вниз.

– Свои, – выдохнул Ахин, увидев, как один из них махнул ему рукой.

«А вот если бы я высунулся, и там были бы не свои, то на тревогу уже сбежалась бы вся городская стража».

– Готовы? – послышался шепот Мионая.

Одержимый неуверенно кивнул.

– Тогда начнем.

Тени беззвучно поползли вдоль стены.

Ахин неотрывно следил за тем, как два десятка сонзера приближаются к воротам в квартал фей. В руках у них было самодельное оружие, которое в иной ситуации вызвало бы лишь снисходительную улыбку, – заостренные металлические прутья, деревянные дубины с воткнутыми в них лезвиями ножей, обмотанные тряпками осколки стекла и прочий хлам. Но решительность, буквально пропитавшая точные движения двадцати юношей, превращала этот мусор в… смертоносный мусор.