Помраченный Свет

Слишком уж тяжелые мысли лезли в голову епископа. Беспокойство, сомнения, воспоминания о странностях сегодняшнего дня и неожиданное назначение. За считанные часы изменилась вся его жизнь. К счастью, обратимо.

«Нужно всего лишь поймать одержимого. Это несложно. Далеко он не убежит. Со мной будут гатляуры, – успокаивал себя Ферот, попутно сбивчиво рассказывая помощнику об обязанностях коменданта Темного квартала, которые тот и сам прекрасно знал. – Поскорее бы все это закончилось…»

Глава 6: Та самая свобода

– Поскорее бы все это закончилось… – прохрипел Ахин, с трудом разлепив веки.

Через щели в досках внутрь смотровой площадки проникал мягкий свет заката. Наверное, одержимый проспал весь день, если ужасную смесь кошмарной дремоты и не менее кошмарной реальности можно назвать сном.

Боль в теле прошла. Ахин приподнялся и осмотрел себя, но не обнаружил ни единой раны, и даже распоротое куском ржавого металла бедро полностью зажило. Пугающая скорость восстановления.

– Темная сущность внутри меня стала сильнее, – констатировал факт одержимый.

Память обрушилась на него кровавым водопадом, но Ахин как будто стоял в стороне от него. Он был немного расстроен провалом сонзера и гибелью Биалота, но вместе с тем вспоминал растерзанные тела порождений Тьмы с каким-то подобием удовлетворения, а смерть друга даже приободряла его. Одержимый прекрасно понимал, что это неправильно, но ничего не мог с собой поделать. Впрочем, так он хотя бы не сойдет с ума от горя.

– Вот только дальше-то что?.. – спросил Ахин, обращаясь то ли к грубо отесанным доскам, то ли к подгнившему тюфяку, то ли к самому себе.

Снаружи послышались осторожные шаги. Они показались одержимому настолько знакомыми, что он даже не обеспокоился. Да и о чем можно беспокоиться, когда все самое страшное уже произошло?

– Ахин, ты здесь? – прошептала саалея, откинув полог навеса.

– Да.

Аели прошла внутрь и села напротив изможденного юноши. На глаза саалеи навернулись слезы.

– Ахин, там… они все… и Биалот… да?

– Да, – коротко ответил одержимый и отвернулся, чтобы не видеть, как плачет подруга.

– А Фип?

– Ты его не видела?

– Нет.

– Значит, спрятался. С ним все в порядке, – вздохнул Ахин, отчего-то не веря в собственные слова.

Окончательно разрыдавшись, Аели бросилась ему на грудь, как будто пыталась найти в объятьях друга утешение, хотя от него самого веяло мрачной безысходностью.