Нежный Серый

Когда я машинально наклонилась потереть саднившее место, заехали локтем в скулу.

Из глаз сами собой потекли слезы, хотя плакать уж и подавно нет ни времени, ни места. Из-за слез перестала вообще что-либо видеть и, конечно, споткнувшись о чью-то ногу, упала на грязную, оплеванную плитку. Разодрала ладони до крови, больно ударилась коленями и измазала гордость в этой самой слюне, покрывающей серый пол. Еще к ней, к гордости то есть, прилипли очистки от семечек и драная жвачка, которая, чувствую, долго не отлипнет.

Села, уже не заботясь о чистоте одежды, на дорогу и посмотрела на руки. Слезы капали, не переставая. Чтобы не пропадали зря, подставила ладони так, чтобы влага промыла ранки. Больно. Сморщилась и зашипела от жжения.

Лопушистая я, как говорят родные. Ведь понимаю, что все нормально, что жизнь такая и люди не делают мне специально ничего плохого. Они как раз «путевые» и «не лопушистые». И все равно жалко себя, и кажется, что все так несправедливо! Вокруг одни равнодушные и жестокие гады.

Люди продолжали идти вперед, только теперь просто не замечали меня, сидящую под ногами. Если бы я была чемоданом, одиноко стоящим, и то вызвала бы больший интерес. Чемоданы нынче выше ценятся. Вон, и мой собственный сразу кому-то понадобился.

Запрокинула лицо вверх, увидела кусочек серого, пасмурного неба. Вот-вот пойдет дождь или уже снег.

– Пожалуйста, ради веры моей мамы в хороших людей, пусть хоть один такой человек встретится мне сейчас. Один-единственный! – прошептала, глядя в небо.

Ведь мамы всегда правы, а чудеса случаются. Это истина.

Гипнотизируя заплаканными глазами серую неопределенную облачность и сидя уже подмерзающим задом на сером же кафеле, не заметила, в какой момент людской поток иссяк. Из грустных раздумий выдернули бумажки. Они упали прямо в раскрытые пораненные ладони, лежащие на коленях.

Я вздрогнула и посмотрела вслед еще одной удаляющейся, на этот раз драповой черной спине. Потом опустила взгляд на руки, в которых лежали деньги.

Аккуратно расправила деньги и посмотрела вверх на тучи.

– Я не это имела в виду, – произнесла обиженно, обращаясь к небу.

Только взяла себя в руки и стала медленно подниматься, как со спины меня взяли за шкирку и таким неуважительным способом подняли с пола.

– Э-е-ей! – вместо необходимого возмущенного крика вышел испуганный писк.