Деревня ведьм. Оборотням вход воспрещен

– Пила и буду пить! Также как была, есть, и останусь блондинкой до конца дней своих.

Она сделала последний глоток и поставила кружку в раковину, чайная ложка болталась в кружке. Санни двигалась медленно, невыспавшаяся и, как всегда по утрам, недовольная. Открыла кран и холодная струя воды с силой ударила по центру ложки, странным образом переместившейся из посуды на дно раковины. Холодная вода обрызгала Санни от макушки до пояса.

Со стекающими с подбородка каплями она медленно развернулась в сторону завтракающей, как ни в чем не бывало, Эли.

– Я его прибью! С меня хватит, – процедила сквозь зубы мокрая разъяренная ведьма. Ей же переодеваться придется, а менять одежду Санни терпеть не могла.

Старшая сестра отставила миниатюрную мисочку с мюсли и направилась к холодильнику.

– Успокойся, ты уже двадцать лет одни и те же угрозы кричишь.

– Разнообразия захотелось? Так я могу!

Эля только хмыкнула в ответ.

– Возьму и прибъю! В пыль превращу! В раковине утоплю! – Санни выжала в раковину края футболки, резкими движениями вытерла кухонным полотенцем лицо и, встав посередине залитой зимним солнцем кухни, выкрикнула:

– Непомук, призываю, покажись!

Рядом с Элей из воздуха появился лысый, ушастый старичок, ростом девушке до колен.

Эля неторопливо достала упаковку сливок, погладила существо по макушке.

– Собираешься ему за проделки сливки наливать? – негодовала Санни, сверля домового яростным взглядом.

– Он тебя защищает. Так ведь, Неп? – старичок предпочел пока помалкивать, только кивнул и преданно заглянул Эле в глаза.

– Не едь сегодня в город. Останься дома, а? – она выпрямилась и просяще посмотрела на недовольную Санни. Эта просьба на разный лад звучала чуть ли не каждое утро, но сегодня впервые Эля задействовала домового. Непомук предпочитал уединение и покой, с ведьмами, особенно с Санни, связывался неохотно.

– Поеду, – упрямо ответила Санни. – Пускай Роберт подавится своими кознями!

– Не уверена, что именно Роберта нам следует опасаться.

– Месть по завещанию? Он не особо с семьей и кланом общался, насколько я помню, – тут Санни намеренно лукавила, потому как помнила она все досконально. Каждую минуту, каждую секунды двух лет, что прожила с колдуном.

С семьей ее бывший, уже мертвый, бойфренд, действительно связи не поддерживал.