Грани саморазвития на пике познания. Прозрение

Оба Егора повисли в невесомости и парили в этой пустоте вокруг одиноко зависшей лампочки, испускающей мягкий синеватый свет. Удивительно, но проводов питания она не имела, да и ориентирована была при этом цоколем вниз.

– Что это? Что происходит? – неприкрыто паникуя, вскрикнул Егор, смешно замахав при этом руками и ногами, балансируя и боясь упасть в пропасть, образовавшуюся под ним.

– Не знаю. Долго объяснять, но к тебе я попал точно так же. Это безопасно. Приготовься, это ещё не все, – успокоил его Гоша, свободно паря напротив, скрестив руки на груди.

Вдруг пространство вокруг начало меняться с сумасшедшей скоростью, предлагая множество реалистичных картин из прошлого Егора, из выпусков новостей, из телевизионных хроник и просто абсолютно непонятных фрагментов, красочных и чёрно-белых, которые в свою очередь сменяли совершенно потрясающие виды Вселенной, во всём её великолепии, мощи и беспощадной жестокости ко всему тому, что происходит внутри неё самой.

Вокруг то появлялись, то исчезали обрывки из прошедших лет: школа, институт, первый поцелуй, вечеринки, работа, друзья, сёстры, родители, семейные празднества, рождение детей, похороны близких.

Сила восторга от увиденного прогнала всякий страх перед необъяснимыми вещами, происходящими в этот момент. На глазах обоих молодцов навернулись слёзы. Слёзы странников, нашедших свою пристань спустя годы, слёзы первооткрывателей, которым никто не верил, а они доказали свою правоту, заплатив за это огромную цену – целую жизнь, слёзы людей, увидевших чудо…

– Как это остановить? – не выдержав эмоционального напряжения, закричал Егор.

Гоша огляделся по сторонам, будто искал место для посадки, потом поднял правую руку над головой и, медленно сжав между собой большой и безымянный пальцы, громко щёлкнул ими. В тот же миг мужчины оказались в гостиной и, провисев пару секунд в воздухе, с грохотом свалились на паркет пола.

– К этому нельзя привыкнуть, – проворчал Гоша, поднимаясь с пола и потирая правое плечо, ушибленное при падении.

Егор после приземления не стал подниматься, а, наоборот, выпрямился на гладком полу. Эмоции овладели им, и он предпочёл остаться лежать молча, закрыв ладонями глаза. Виски его пульсировали, и он чувствовал, как интенсивно работало в тот момент его сердце. Он ощущал это каждым сантиметром своего тела. Стало жарко. Голова его будто напухла, в переносице стучала кровь.