Застрявший в Кишке

В свободное от работы время он замирал истуканом у стены, не сводя с меня хмурого взгляда.

– Не беспокойся, это мой телохранитель, – махнула на него рукой Неко. – Он лишён языка и много чего ещё, но безоговорочно мне предан. Если со мной что-то случится, его порубят на куски, так что можешь говорить, будто здесь никого нет.

– Договорились, – кивнул я.

Этот истукан и в самом деле больше не вызывал у меня ни капли раздражения. Лучше уж бомжевать на улице, чем быть сытым евнухом у султана в гареме. Да ещё и напрямую зависеть от благополучия подопечной.

– Как тебе вино? – поинтересовалась хозяйка, когда мы выпили за встречу.

– Ничего так, сладенькое.

– Сразу видно, что ты из далёких мест, – рассмеялась она. – Это золотая роса, пятьдесят тысяч за бутылку. Другой на твоём месте умер бы от счастья.

– Ну, раз оно так хорошо, давай ещё по одной?

Деньги серьёзные, тут не поспоришь. На такую сумму можно прилично экипировать весь мой отряд с головы до ног и ещё бухнуть разок на сдачу.

По мне, так нечто подобное толкали в обычных супермаркетах по акции, обязательно в картонных пачках. Но из вежливости я приподнял брови и покатал напиток в своей чаше из перламутровой кости, дабы уловить благородные нотки в этой моче перуанского дятла. Тщетно.

Девушка с интересом наклонила голову, отчего вся её длинная шея оказалась на виду. Волосы ей закрутили в сложную причёску, поддерживаемую вместе несколькими золотыми спицами.

– Твои движения как у знати, и при этом очень странные. Для тебя всё в диковинку, но ты совсем не боишься. Кто же ты такой?

– Можно сказать, беглый дворянин, – признался я, припомнив семейные корни. – Издалека.

– Откуда? Даже на юге говорят иначе, я там бывала однажды в детстве.

– Ещё дальше.

– Но за южными рубежами лишь дикие пустоши, – удивилась дворянка. – Там только шеки обитают. Не хочешь ли сказать, что ты преодолел такое огромное расстояние пешком?

– Нет.

– Ах вот как… – Она состроила недоверчивую гримасу. – Чужих кораблей не видели тысячу лет. Да и наши плавают только вдоль восточного побережья, а доплыть до юга морем не удавалось ещё никому. Ты не врёшь?

– На здоровье! – выдал я сакраментальную фразу по-русски, отсалютовав ей перламутровой чашей. – Хочешь верь, подруга, хочешь не верь, только сейчас это не имеет никакого значения. Мы оба застряли в беспросветной заднице.