Застрявший в Великой Пустыне

 – Они ведь строят дорогу прямо по вашим землям!

Обычно в общении с посторонними людьми девушка себя худо-бедно сдерживала, однако иногда её внутренняя активистка прорывалась-таки наружу. Возможно, с годами она научится лучше себя контролировать, но сейчас же из неё так и пёр юношеский максимализм. Я тоже был таким раньше и с большим трудом приучил себя сглаживать острые углы. А на тупые – не обращать внимания.

– Конечно, мы не в восторге от всего этого бардака, – честно ответил Саша. – Но вы верно подметили – учреждение у нас государственное, и против его воли особо не попрёшь.

– Возмутительно! – сверкнула карими глазами моя спутница. – Алекс, а как ты считаешь?

«Если бы ты знала, подруга, насколько мне плевать, ты бы разрыдалась».

Вслух же я сказал совсем другое:

– Объездная дорога нужна этому городу, как и лыжные трассы. Другое дело, как именно работа будет сделана. Если за рубежом что-то строят, они обязательно делают это с оглядкой на экологов и прочую зелёную братию. У нас же смотрят только на то, сколько можно на проекте своровать.

– И тебя это не бесит?

– Я предпочитаю делать что-то конкретное, чем попусту сотрясать воздух.

– Но…

– Алекс прав, – перебил её брат. – Бороться с собственным государством – это как сражаться с ветряными мельницами. Никакие забастовки и петиции ни к чему не приведут. Нужен жёсткий контроль и всё.

Константин переживал поездку хуже всех, так что за своевременную поддержку он заслуживал отдельную благодарность. В дороге его периодически тошнило, и между приступами начинающий историк долго отпивался водой и глотал противорвотное.

Но при этом всё равно продолжал выглядеть счастливейшим на свете человеком. Парнишку можно понять – это его первая в жизни научная экспедиция. А не просто покатушки по горным серпантинам.

Пока гордая дочь Эллады демонстративно дулась на сговорившихся против неё мужчин, машина успела перевалить за очередной скальный карниз и покатила по ухабистой колее вдоль вершины, отвесно уходившей куда-то в небеса.

Наверху, будто назло календарю, поблёскивал ноздреватый снег, да и многие соседние горы могли похвастаться белоснежными шапками. Вид отсюда был потрясающий, и только налетевшие со всех сторон облака портили обзор. Было непривычно смотреть на них сверху вниз, не из иллюминатора самолёта.

Красиво…

– А на какой мы сейчас высоте?

– Около двух с половиной тысяч, – не задумываясь ответил Саша. – Почти приехали, если будет тяжело дышать – говорите, не стесняйтесь.