Резервация

Он пролежал несколько суток на жаре, а потом три дня здесь – я колол его формалином, чтобы он не поплыл.

– Мы должны его опознать. Это возможно? – спросил Гай.

– Боюсь, что нет… Нет. Невозможно.

– Почему? Все так ужасно?

– Потому что его здесь нет, – ответил человек. – Меня предупреждали, что за ним приедут. И за ним приехали. Часа два как тому назад.

– Забрали?! – рявкнул Гай. – Да блядь кто?! Кто мог его забрать?! – он оглянулся на Антона. На его лице играла нервная усмешка.

– Как они выглядели? – проигнорировав напарника, спросил Антон.

Патологоанатом задумался.

– В форме, – наконец сказал он. – Они были в форме.

– Сколько их было?

– Трое или четверо. Не знаю. Сказали, что заберут его, а мне и в радость, что ему тут не гнить. Их ведь вон сколько, – он мотнул головой в сторону трупов, – и никому они не нужны. Никто за ними не приходит…

– Нужно предупредить труповозку, – сказал Антон. – Гай?

– Мы приперлись за этим трупом из самого Голдтауна, – процедил сквозь зубы Гай, глядя на патологоанатома.

– Гай!

– Что?! Да этот сукин сын знает, посмотри на него!

Он ткнул пальцем в сторону растерянного старика.

– Он не знает, – спокойно ответил Антон. – А нам нужно торопиться.

Он развернулся и взбежал вверх по лестнице.

– Твою мать! – Гай топнул ногой. – Как ты собираешься его искать?! Антон?! Блядь!

Он зло посмотрел на патологоанатома и рванул за напарником.

Они выскочили на улицу, хлопнув дверьми.

– Диспетчер, это Радваньски! Прием!

Он отпустил кнопку, прислушавшись. Рация зашипела. Как и в прошлый раз, ему ответила девушка. Только сейчас ее голос был еле различим за пеленой радиопомех.

– Что у вас случилось, Радваньски?

– Мы на выезде в гетто, – глотая жаркий воздух, произнес он.

– Да, – ответила диспетчер. – Я осведомлена обо всех выездах экипажей.

– Так вот, – сказал Антон. – Льва Кёнига, за которым мы ехали, тут нет. Была договоренность, что труповозка заберет его из морга. Но его здесь нет. Его кто-то забрал…Разверните труповозку. Иначе они застрянут тут до утра.

На ночь границы резервации запирались на замок, и в силу вступал комендантский час. Об этом знали все, без исключения. И диспетчер тоже знала. Но ее голос был там, за белым шумом, за этим сраным шипящим туманом.