Чревоугодник

Впереди всех стоял рогатый Гнев, чуть позади него – зеленокожий, с маленькими, но зоркими глазками – Зависть. Рядом с Завистью, жирная, с бугристой кожей и золотыми монетами вместо волос – Жадность, похожая на огромную жабу.

Эти трое вдруг расступились, и из-за их спин вышел последний. Грех по имени Гордыня. Высокий, атлетично сложенный мужчина в одежде из золотой ткани. Его подбородок был вздёрнут, а глаза – немного сощурены. В руках, на небольшой переливающейся магическим светом тарелке он держал то самое блюдо.

– Зодиакальный пудинг с шоколадным кремом из фонтана Иштар! – не сдержавшись, воскликнул Чревоугодие. – Наконец-то, ну наконец-то я его отведаю! Блюдо одиннадцатого ранга. Неужели это всё не сон? – изо рта мужчины текли слюни, он еле сдерживался, чтобы не наброситься на священное кушанье. – Как тебе удалось его достать, Гордыня?

– Оу… – мелодичным голосом произнёс Грех. – Это было непростой задачей, брат мой. Очень непростой. Я отыскал человека, у которого находилась последняя порция шоколада из фонтана Иштар.

А потом заплатил целое состояние лучшему повару Подмирья. И всё для того, чтобы порадовать тебя на твой юбилей.

– Это правда какое-то чудо, ведь я тоже искал хоть кого-то, кто был при дворе Аккада. Но никого не нашёл. Ай, плевать! Ставь уже на стол, иначе я сам себя сейчас сожру!

Когда Грехи рассаживались за стол, Похоть вдруг спросила:

– А где Лень? Она ведь обещала сегодня прийти. Юбилей брата, как никак…

– Не захотела, – развёл руками Гнев. – Сказала, что ей лень.

Чревоугодие пододвинул к себе тарелку со священным блюдом и вперил в него глаза, больше не замечая ничего вокруг.

– Дождался. Я этого дождался. Спустя три тысячи лет…

Дрожащими руками он поднёс к тарелке свою золотую ложку, и зачерпнул ею пудинг. Медленно поднёс ложку ко рту, и…

Ам!

Кусочек зодиакального пудинга с шоколадным кремом из фонтана Иштар потонул в бездонных глубинах тела Греха.

Вот оно, счастье. Вот оно.

Или…

– Стоп, что за… – Чревоугодие вдруг выронил из руки ложку и вскочил со стула.

Схватился за живот. Его начало качать из стороны в сторону, сознание помутилось. Он поднял взгляд на своих родственников и увидел, как те улыбаются. Улыбаются ехидно, злобно, выжидающе. – Какого… – Грех поднял руку, и золотая ложка мигом оказалась в ней. – Да как вы пос…мели… ублюдки. Я же вас всех… любил…

– Да пошёл ты, – цыкнула Похоть и приняла свою привычную форму с рогами и хвостом. – Ты нам никогда не нравился.