Библиотекарь государя

 – Она стала перелистывать страницы и вглядываться в маленькие лица. – Да, точно. – Она остановилась на последней странице и тыкнула пальцем в симпатичного мужчину с длинными волосами и бородой. – Иисус!

– Кто?

– Ну, Иисус. Его так для простоты называют. А вообще, это – Исидор Христофорович.

– Интересно… и чего с ним?

– Человек с самыми светлыми помыслами и твёрдыми принципами. Натуральный Иисус. Он всю жизнь был правой рукой отца. Считай, в одиночку держал на себе семейный бизнес. И, даже не смотря на то, что отец – полным говнюком был, он его не предавал и честно делал свою работу.

– А потом?

– Потом он автоматически под руководство дяди Олега попал. Но а там… так как управлять больше нечем, он и оставил эти дела. Сейчас не знаю, чем промышляет.

– Какая же у меня чудесная сестричка! – Я захлопнул альбом и отложил его в сторону. Насильно притянул к себе Соню и чмокнул в макушку. Взгляд невольно упал на шрам, что тонкой рубцеватой полосой тянулся от ключицы к шее.

И как бы я не напрягал память, не удавалось вспомнить, откуда он взялся. Судя по всему, это дело старое. По крайней мере, он появился точно не в последний год.

– Эй, ты чего, детскими воспоминаниями преисполнился? – Хихикала Соня.

– Да я в своём познании настолько преисполнился, что…

Где-то минут через тридцать вернулась мама. Она застала нас за просмотром ужастика. Всё-таки, во мне взыграла ностальгия реципиента, и я решил провести время с сестрой.

Странно, и в то же время забавно осознавать то, что тебе сто тринадцать лет, а ты занят подростковой ерундой.

Мама, по совету знакомой из храма, принесла домой с десяток свечей. Она расставила их по всей квартире и зажгла. Теперь в нашем доме царила атмосфера девятнадцатого века. Был в этом какой-то особенный шарм…

Но долго засиживаться с родными мне было нельзя. Ждали дела. Мама с грустным лицом проводила меня до двери и перекрестила.

Что же я собирался делать?

Вообще, цель была такая – впервые за многие годы созвать всех членов нашего рода и провести собрание. Мне очень многое нужно было с ними обсудить. Ведь обстановка изменилась, и я собираюсь возвращать нас, Воронцовых, к прежней жизни.