Арматура

Обещание, данное врагу, держать необязательно – арестантская гибкость.

– Отлично, Даня, – Григорий Сергеевич хлопнул в ладоши. – Оставь на столе проводки-прикурки и позови ко мне пухлого Кирилла.

Вздохнув, Богданович выложил проводки. Только в коридоре он сообразил, что Григорий Сергеевич не задал ни одного привычного вопроса: фамилия, статья, срок, семейное положение. Однако, имя он знает. Кажется, он всё знает. Не прост этот Григорий. Но и Богданович не прост, проводки есть запасные.

Даня зашёл в комнату с телеком, сел за парту.

– Пупс, ты следующий.

Кирилл поджал губу, но промолчал, поднялся и пошёл на беседу.

– Что там было? – Лёха выключил телевизор и посмотрел на Богдановича. Даня промолчал.

Пока блатной был у начальника, Лёха с Кириллом поговорили «за жизнь».

– Меня до жути пугает этот Даня, – признался Мамонтов. – Всегда ненавидел блатных. Несмотря на то, что у меня мама сидит смотрящей за отрядом на зоне.

– У тебя мать сидит? – удивился Лёха.

– Говорил уже.

– Я от бабушки ушел и от дедушки ушел… А зачем? – Лёха искренне не понимал, зачем куда-то бежать, мыкаться по чужим домам, бедовать, когда есть угол и родной человек.

– Мир посмотреть, себя показать. Тесно мне стало в нашем городке.

Лёха усмехнулся. Маленькие карие глазки Кирилла тут же вспыхнули гневом из-под очков.

– Зря смеёшься. Я к четырнадцати годам уже музыкалку закончил по вокалу, пел в заведениях, вёл свою танцевальную группу клаб-дэнса.

– Чего?

– Учил женщин пластично танцевать, – Кирилл скромно поправил очки.

– Ну, а потом?

– В Москве поселился у знакомой. Устроился в одно заведение, там выступал, – Кирилл замялся. Лёха подумал было, что пупс танцевал стриптиз, но, взглянув на фигуру, отогнал эту мысль. – Короче, говорил же, я переодевался и пел попсу.

– Зачем? – Лёха посмотрел на Мамонтова.

– Платили очень хорошо, а я до денег жадный.

– Много?

– Очень.

– А посадили тебя за что?

– Ты знаешь, я человек творческих взглядов, можно сказать даже интеллигент. Мне в этой темнице ужасно душно, – начал издалека Мамонтов. – Много моментов меня пугают. Даже собственная тяжеловесная фамилия. Я вены резал несколько раз. Я личность крайне неуравновешенная.