Однажды в Рождество

Взобравшись в очередной пригорок, он вдруг быстро встрепенулся, потому что прямо перед ним, в нескольких метрах, неожиданно возникла машина. Она стояла прямо на полосе, заглохшая и почти превратившаяся в сугроб. Джо сыграл рулём для смещения, выпрямил колёса и вжал педаль тормоза. Чудом не врезавшись, он остановился. Джо был весьма поражён увиденным. Милая, невысокая, девушка в одиночку сражалась со стихией, сдерживая холод и напор урагана. Она, судя по сугробу вокруг, тщетно пыталась завести машину уже не менее пары часов.

– Здравствуйте, – сказал Джо, выходя из машины. – Идите погрейтесь, я посмотрю, что можно сделать.

– Ей, видимо, уже ничего не поможет, – с безысходностью в голосе, застенчиво улыбаясь, отозвалась девушка. – Прошу, простите. Мы чуть не застряли здесь вместе. Я просто не смогла сдвинуть её с полосы, а знак, видимо, занесло, – девушка понимала, что они чуть не столкнулись.

Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, что машина мертва, она не заведётся. Всё пространство под капотом зашвыряло снегом, а аккумулятора хватило ещё на пару пусков стартёра.

Девушка ожидала новостей в машине Джо. Ему предстоял простой выбор, но решиться на него трудно, очень. В раздумьях он побрёл обратно. Ветер свистел, кружил вихрями позёмку и швырял снег в лицо. Джо быстро в голове прикидывал карту, и измышления эти его не радовали. Он не успевал – времени было на что-то одно.

Джо сел в машину, едва успел что-то сказать, как поймал встревоженный, молящий, в ожидании взгляд.

– Не получилось? – чуть ли не шёпотом проговорила она и засобиралась выходить.

– Стойте, куда вы? Погрейтесь ещё. Она не заведётся – заряд аккумулятора на нуле.

– Это ваша семья?

На приборной панели, выше магнитолы, было несколько фотографий его семьи. Они улыбались с фото тому, кто на них смотрел. Джо коротко кивнул, он ещё пытался вспомнить о каких-то станциях ТО по пути.

– У вас красавица-жена и милые дети – вы, очевидно, торопитесь к ним. Я лучше пойду, подожду кого-нибудь ещё, а то вы не успеете.

Джо устало выдохнул, посмотрел в глаза своей супруге на фото и сразу понял, что его жена не одобрила бы бросить девушку замерзать в сочельник. И он так не может, а потому – поступил как добрый самаритянин.

– Прошу прощения, но я не могу вас отпустить, оставить здесь одну замерзать в канун Рождества.

То, что это равнозначно смерти, он решил не упоминать.

– Осталось только перенести ваши вещи, – заметил Джо, и они вышли.

Вьюга свирепствовала.