Ералаш. Elisir d’amore. Цикл «Прутский Декамерон». Книга 6

Впрочем, Ленца наверняка понимала, может быть, даже лучше меня самого, что у наших с ней отношений нет будущего. Ко всему прочему, ее подруга Ольга каждый день отравляла ей жизнь, упрекая в связи со мной. И Елена сделала свой выбор. Но последующие, сказанные ею слова, вообще чуть не свели меня с ума.

– Савва, я решила эту ночь провести с Кондратом, поэтому прости меня, если сможешь. Это мне просто необходимо, иначе я сойду с ума от любви к тебе. – После этих слов девушка замолчала и заплакала навзрыд.

В негодовании поглядев на Кондрата с Ольгой, я увлек ее в сторону, обнял, прижал к своей груди и зашептал:

– Бог мой, да ты с ума сошла, ты не обязана ни с кем спать, и уж тем более с Кондратом.

– Я сама так решила, – шептала она сквозь слезы. – Так мне будет легче забыть… тебя.

– Я не верю тебе, милая, я не верю ни одному твоему слову, а знаю лишь одно: это Олька сбивает тебя с толку.

– Мне лично давно уже все равно, – раздался голос Ольги, сидевшей за стойкой, которая каким-то образом услышала, о чем мы говорили.

– Вы все сегодня словно с ума посходили, – после паузы сказал я, и сам в этот момент понял, что это был конец нашим с Ленцей столь чудесным, и, как оказалось, таким хрупким и недолговечным отношениям. В растерянности я замолчал; потом подумал немного и сдался. Затуманившимся взглядом я наблюдал, как Кондрат подхватил мою Ленцу на руки и понес к себе за стойку. Проходя мимо электроплитки, стоявшей на холодильнике, он на секунду остановился, придержав Ленцу над раскаленной спиралью.

– Что ты делаешь? – испуганно воскликнула Ольга.

– Я разогреваю в Ленке любовь к себе, – глухим голосом проговорил Кондрат.

– Наверное, так всем нам будет лучше, правда, Савва? – с затаенной улыбкой спросила Ольга, несмело касаясь рукой моего плеча.

– Пусть весь мир катится к черту, – произнес я и без сил повалился на уже разложенный в кабинке матрас.

– Наконец-то ты будешь мой, и только мой! – вскричала Ольга, бросаясь ко мне и принимаясь срывать с меня одежды.

Я слушал и не слышал ее; я пытался оттолкнуть от себя ее руки, но мне это не удавалось. Все происходившее здесь и сейчас происходило словно не со мной. Помню, из-за стойки высунулось лицо Кондрата, он окликнул меня, затем чем-то швырнул в мою сторону, я поймал, оказалось, это был крем для рук.