Одиночество

И вправду – худощавое телосложение, средний для своих лет рост, аккуратные, ничем не примечательные черты лица, тонкие пальцы, тонкие ноги и руки. Со стороны казалось, что парня можно покалечить метко брошенным снежком.

“А может, я просто не обращал внимания на себя все это время? Почти полтора месяца есть одни макароны, кашу и конфеты в нескромном количестве – от этого быстро набирается масса”

Однако даже с такой “диетой” за столь короткое время не могли произойти сильные изменения. Почему Юплер решил поделиться незначительными наблюдениями?

– Помню, до всего этого ты был довольно привередлив в еде, – вновь заговорил друг.

 – Хоть какие-то плюсы.

“Плюсы? Ты называешь это плюсами? Это худший кошмар, который вообще может произойти с человеком! Я, возможно, уже никогда не увижу никого живого и проведу остаток жизни, питаясь одинаковыми продуктами! Это невыносимо!”

– Я бы хотел, чтобы этого никогда не происходило, я никогда не просил об этом, – произнес Мартин вслух шепотом, устремив взгляд вниз.

 – Я хотел прожить обычную жизнь со своими родителями, а не оказаться посреди тихого ужаса.

– Не унывай. Все еще вполне может закончиться хорошо, – подбодрил Юплер. – Ты же не знаешь, что происходит в мире. Возможно, люди скоро решат эту проблему, и ты сможешь вернуться к обычной жизни пятнадцатилетнего подростка, только вернешься более сильным, самостоятельным, способным постоять за себя.

Мартин не отрывал взгляда от одной точки – узор на его брюках. Такой простой, но в то же время гипнотический – белые витиеватые линии, соединяющиеся и расходящиеся по всей доступной поверхности, но взгляд не был сконцентрирован на точке, он был рассеян – Мартин блуждал в своих мыслях.

“Как это произошло? Сейчас уже и не вспомнишь всех подробностей. Помнятся лишь чувства, ощущения – это было страшно, громко, быстро. Но когда твой отец говорит тебе сидеть тихо и не высовываться – ты сидишь и не высовываешься. Почему-то эта единственная последняя фраза из уст отца прочно засела в моей голове и не может покинуть ее уже долгое время: “Сиди тихо”.

Тихо. Я так и поступаю. С тех пор я самый тихий человек на планете. Кто бы мог подумать, что эти слова спасут меня от смерти? Всего-то и надо – вести себя тихо и не издавать лишних звуков. Иначе они придут за тобой, как пришли за всеми остальными. Папа, почему ты не воспользовался сам своим советом?”

– Мартин, почему ты плачешь?

“Я плачу? И правда… слеза щекочет лицо, медленно стекая вниз.