Одиночество

– Стоит ли мне снова повторять, что ты не сможешь никого поймать своей жалкой пугалкой для обезьян?

– Оставь язвительные упреки, – попросил Мартин. – Я смогу это сделать, а если и нет, то просто уйду по заранее подготовленному пути и попробую что-нибудь другое.

– Ага, конечно, – все еще с сарказмом ответил Юплер. – Просто скажи мне, куда ты отправляешься в этот раз.

“Зачем мне ему это рассказывать? Глупость какая-то. Может, мое сознание через этот диалог само себя подготавливает и выделяет цель четкими контурами?”

– Я точно не знаю, что я найду в этот раз, но это мне определенно поможет.

Из окна на чердаке через бинокль можно увидеть упавший на берег реки военный самолет, предположительно служивший для доставки снабжения в город. Каким-то неясным способом он оказался сбит, и после этого над Ванкувером ничего до сих пор не летает. На борту должно находиться что-то полезное против тварей. Я узнаю, что именно, и заберу это.

– Как удобно все получается, да, Мартин? Бесхозный военный самолет не очень далеко от дома.

А ты уверен, что это именно самолет снабжения? Может, он служил для эвакуации людей. Ты уже сам точно не знаешь, чего хочешь, и полагаешься на интуицию в таких важных вопросах.

– В данном случае это оправданно. Нос самолета смотрит в сторону центра города, значит, он летел именно внутрь. Нет смысла эвакуировать людей вглубь Ванкувера, так? Самолет лежит на другой стороны реки Фрейзер, мне придется пройти по мосту и спуститься на берег Английского залива.

– Звучит не очень сложно.

Заборов на твоем пути теперь вроде как не будет, – с усмешкой ответил медвежонок.

Мартин в ответ одарил его злым взглядом, заставив смутиться.

– Я испытал в этом зоопарке настоящий кошмар, живой ад, убивающий все нервы. Это не повод для плоских шуток.

– Как скажешь, друг, – мгновенно сменил тон Юплер, поднимаясь на ноги. – Не буду больше ничего говорить, но когда ты вернешься, нас ожидает серьезная и длинная беседа касательно твоего отвратительного плана.

Так и хотелось швырнуть мел следом за дурацким образом плюшевого медведя, но тот мгновенно скрылся из виду.

“Как-то быстро мы в этот раз поговорили”

Юплер нередко раздражал и очень успешно пользовался возможностью вывести Мартина из себя, хотя парень обычно был тихим и сдержанным. Однако, несмотря ни на что, этот реалистичный кусочек сознания являлся хорошим и заботливым другом, единственной опорой. Когда он исчезал, Мартин ощущал себя невероятно одиноким, брошенным.