Небо Атлантиды (Операция «Форс-мажор»)

«Мистер Бак?» – спросил Роберт Кеннеди, будто бы на персональный вызов президента мог прийти кто-нибудь другой.

«Да, это я», – переводчик слегка поклонился.

Бак помнил ещё президента Эйзенхауэра, а потому двое сравнительно молодых политиков, благополучие которых основывалось не столько на личных заслугах, сколько на происхождении, не производили на него впечатления. Другое дело, что сегодня они олицетворяли собой высшую власть в Америке, а значит, и во всём мире – Питер Бак был из тех людей, кто верил во всемогущество Нового Света в целом и звёздно-полосатого флага в частности.

«Очень рад знакомству с вами», – сказал министр, одаривая переводчика фирменной улыбкой.

«Я очень польщён, сэр», – отвечал Бак.

Президент Джон Кеннеди наконец-то повернулся к вошедшему и жестом пригласил его садиться. Питер Бак послушно занял свободное кресло и приготовился слушать. Президент тут же уселся на своё место и, сцепив пальцы, обратился прямо к переводчику:

«Мистер Бак, вы, должно быть, слышали моё выступление и знаете, в каком сложном положении мы все оказались.

Однако то, что я говорил в обращении к народу Америки, ещё не вся правда – это только часть её. Полная правда куда прозаичнее и драматичнее».

Он сделал паузу, давая возможность Баку осмыслить услышанное, но тот только кашлянул в кулак и смущённо признался:

«Извините меня, мистер президент, но я не слышал вашего выступления».

Видимо, на какое-то время братья Кеннеди утратили дар речи. Они оба уставились на переводчика администрации президента, словно он был жукоглазым пришельцем с Марса, вроде тех, которых рисуют в обожаемых Баком-младшим комиксах.

Потом переглянулись и Джон Кеннеди сказал:

«О чем-то подобном меня и предупреждали. Это есть в досье…»

«Тем лучше», – загадочно отозвался Роберт Кеннеди.

Президент снова посмотрел на Питера Бака, который смиренно сидел в кресле, положив руки на колени.

«Нам нужно, чтобы вы перевели с русского одно письмо, – сообщил Джон Кеннеди. – Это очень необычное письмо, и оно поступило к нам по необычным каналам.

Для нас важно, чтобы при переводе не было упущено ни одной, даже самой мелкой, детали. От этого зависит не только национальная безопасность, но и будущее всей нашей страны».

Питер Бак осторожно кивнул.

«Я буду внимателен, господин президент, – пообещал он. – Я осознаю всю меру ответственности…»

Братья Кеннеди снова переглянулись, и министр разочарованно покачал головой.

«Объясни ему, Джон, – потребовал он.