Задыхаюсь

Руки обхватили шею, а губы нашли его. Морозов быстро сориентировался, обхватив девушку за талию, слегка задрав коротенькую темно-синюю юбку, ответил на поцелуй. Вторая рука мгновенно опустилась на округлую грудь, сжимая её. Любая другая девушка возмутилась бы на такую вольность, так как они стояли посреди оживленного коридора. Но эта была абсолютно не против такого развития событий.

Целовалась девушка довольно-таки сносно. Слишком быстро начала использовать язык, а ему это не нравилось. Он любил медленно мять губы, потом раздвигая их, только тогда использовать язык.

Но сейчас было плевать.

Она провела рукой по джинсам в области паха, сжав через ткань напряженный ствол. Смелая девчушка, однако. Сейчас появилось неконтролируемое желание затащить ее в ближайший туалет, опустить на колени, и заставить грубо взять в рот, чтобы она задыхалась, давилась им, но продолжала работать ртом, пока наслаждение не накроет с головой.

Терпеть до вечеринки совершенно не хотелось. Тем более, что пах уже напрягался, потому что девушка, имени которой он даже не помнил, начала уверенно водить по члену рукой, сквозь джинсы.

Ее грудь едва ли не выпрыгнула из кофточки, учитывая тот факт, что девушка была без лифчика, это совсем не удивительно.

Она простонала ему в рот, когда его рука, отвесив пару шлепков через ткань, проскользнула под юбку и сильно сжала задницу так, что определенно останутся синяки после.

– Может, вы еще потрахаетесь тут, а? – недовольно проворчали за его спиной.

Он оторвался от девушки, взглянув на ту, которая мгновенно перевернула все внутренности одним лишь злым взглядом зеленых глаз.

Катерина стояла прямо за спиной девушки, уперев руки в бока, испепеляла Морозова взглядом, от чего тот заводился еще больше. Потому что в своей ярости Катерина была до одури сексуальна.

До безумия сексуальна.

Большие зеленые глаза могли бы прожечь в нем дыру, будь этот взгляд чуть более материален. С чего это она так злится? Ведь на месте этой малышки могла бы быть она. Он мог бы ее так крепко сжимать в своих руках, стоило ей только позволить.

От одной только мысли по телу прошлось это желание. Он хотел ее.

– А что, Измайлова, ревнуешь? – издевательски проговорил он, не отступая Катерине во взгляде.

Взгляд шатенки изменился на насмешливый, а потом ее притянул к себе за талию Захаров, гадко ухмыляясь. Он раздражал Морозова, и не только потому, что Измайлова позволяла ему прикасаться к ней, а потому, что Влад был и является редкостным ублюдком.