Бездна. Том I

– Вань, ты чё?

– Да чё!? Димас! Очнулся я… Смотрю, батя лежит. Думал, плохо ему, мож опять инсульт, а он как вскочит! Зубами клацает, чуть в шею не вгрызся! А силы – мандец просто! Пытался руки ему заломать, да хрен ты его заломаешь – выворачивается. Ну я и ударил. Он упал, лицом об гирю мою стукнулся. Потом поднялся, глаз вывалился, мычит что-то невнятное и на меня идёт. Сука, чуть от страха не помер! Я ему ногой в грудину, ну а потом…гирей… – Иван как-то по-детски заплакал и опрокинул рюмаху.

– Да уж…– только я сумел из себя выдавить.

– Папку родного ухандохал, – всхлипнул товарищ ещё раз и снова налил. – А потом слышу на лестничной клетке шум, а там Витёк тётю Зину жрёт. Какого хрена творится-то? Бездна какая-то… Что за бред?! – взревел Ваня и саданул кулаком по столу, отчего бутылки, жалобно звякнув, посыпались на пол.

– Ты всё сделал правильно, – подбодрил я друга.

– Правильно? Дима, ты ебанутый?! Отца кокнуть, по-твоему, правильно? Ты чё несёшь?! – он поднялся из-за стола, пьяно набычившись.

– Помнишь, когда мой старик в гараже сгорел?

– Ну?

– Тогда ещё и мать умерла. Так вот, этот мудак нажрался и забил её ногами до такой степени, что она в реанимацию попала. А потом в гараж пошёл и пьяный в машине заснул. А я, знаешь, мать сильно любил… Хотел защитить, – воспоминания нахлынули волной, а вместе с ними и скупая слеза.

– Ты к чему это? Не понимаю.

– Да к чему… К тому, что я того старого мудака в гараже нашёл и ножом полоснул. Даже не проснулся, сволочь. Так, истёк кровью – да и всё.

Я потом сжёг его вместе с гаражом. Мать через пару дней в реанимации умерла, а дальше ты всё сам знаешь. Единственное, за что себя виню, что этого гондона не пришил раньше. И ты убил своего батю вовремя. Промедли хоть немного – сейчас бы вместе с ним по городу валандался и людей жрал. Да, жалко. Да, родной папка. Но он уже перестал быть человеком, там только зверь остался. Понимаешь? Ну и чё ты кулаки сжал? Ударить хочешь? Бей.

– Сук-а-а-а-а! – отчаянно зарычал Ваня, схватившись за голову так, что побелели пальцы.

 – Чё ж ты мне раньше не рассказал? Вместе отмудохали бы твоего батю! Все бы живы остались.

– Вань, да не остались бы. Я сколько раз заявы писал. Ответ всегда был один: «Как убьют, так и приходи». Нет, участковый, конечно, являлся, с батей беседовал… И как только дверь закрывалась, этот урод сразу начинал колотить меня и мать. Он с Чечни совсем другим вернулся: замкнутый, агрессивный. Там даже никакого повода не нужно было.