Дышу тобой

То, что Ник никогда в жизни не посмеет ее тронуть, она знала наверняка. Даже не потому, что она сестра Влада Волкова, а потому, что они вместе с детства. Он слишком хорошо знает ее, чтобы позволить себе сделать что-то непростительное.

Он не тронет.

– Ник, я прошу тебя, – вырвалось у нее.

– Л-лиса, уйди, – снова прохрипел Лекс, отчаянно пытаясь вырваться.

Она поискала глазами Кирилла, но того уже держали несколько человек, дабы он не вмешивался. Кир рычал, вырывался, но это все было настолько бесполезно, что выглядело смешным.

– Впервые в жизни я солидарен с ним, Волчонок, уйди, иначе придется тебя выставить отсюда. Зрелище не для детей.

Ну, уж нет.

В этот раз ты так просто не избавишься от нее.

– Ну, так, давай, Ник, выстави меня, – вызывающе прикрикнула она, глядя ему пряма в глаза.

Ну же! Давай, Ник! Сделай это, покажи, какой ты на самом деле. Хватит уже прятаться за своей вечной ухмылкой.

Борьба упрямых взглядов, в которой ей все уже удалось остаться победительницей. Рука разжалась, а Лекс, кашляя, упал на колени. Лиса едва ли не позволила себе выпустить выдох облегчения, потому что она действительно думала, что Ник просто-напросто пошлет кого-то из своих «псов», чтобы выкинули ее отсюда и изобьет Лекса до полусмерти.

– Имей в виду, Самойлов, – прошипел Никита сквозь зубы.

Лиса мгновенно оказалась возле Лекса, помогая ему встать на ноги. Губы Ника скривились в презрительной усмешке, но Волковой было плевать. Важно было сейчас помочь Лексу. Но Лекс по какой-то причине легонько оттолкнул ее, вставая самостоятельно и выходя их зала, не сказав ни единого слова в ее адрес.

Что за чертовщина с ним происходит?

– Сообщи, когда тебе надоест играть со своей игрушкой, Волчонок, – хмыкнул Фролов.

– Не нуждаюсь, – произнесла Лиса, выходя за Лексом.

Кларисса потрясенно глядела в след удаляющейся девушки. Она и не могла предположить, что эта маленькая девочка окажется такой отважной. Хотя было бы удивительно, если бы она, находясь в параллельном классе, сумела остаться слабохарактерной. Сама Клэри сейчас чувствовала себя такой слабой и жалкой, что становилось противно от самой себя. Ведь она ничем не смогла помочь другу.