Дышу тобой

Больше никого за столиком не наблюдалось, хотя обычно они сдвигают столы и сидят огромной компанией. Блэк, к счастью, не почувствовал ее взгляда, потому даже не посмотрел в ее сторону.

Захотелось подойти и высказать все свои мысли ему в лицо, но Ковалева понимала, что не сможет этого сделать. Слишком много необходимо храбрости, которой у нее нет. Видимо, все ушло на вчерашнюю пощечину.

Она заметила, что он успел переодеться с пробежки. Хоть она и не видела, как он был на ней одет, но полагала, что он не бегал в идеально вычищенных ботинках, белоснежной рубашке и висящих на бедрах темных джинсах.

Тут вдруг кто-то поставил руки ей на глаза, перекрывая весь обзор. Она даже вздрогнула от неожиданности. Боже, они неисправимы!

– Угадай кто! – прошептали ей на ухо.

Ее бесило, когда кто-то из друзей вот так врывался в ее личное пространство, а на разраженные возмущения по этому поводу мальчишки никогда не обращали особого внимания. Но так как она сильно по ним соскучилась, Клэри не стала возмущаться по этому поводу, а просто произнесла:

– Кир.

Пепельный блондин широко улыбнулся, открывая ей глаза и заключая в медвежьи объятия. Клэри уткнулась носом в его ключицу, пахнувшую какими-то пряностями. Как же она по этому скучала.

В объятиях лучшего друга Клэри всегда чувствовала себя в тепле и защите, она знала, что пока он рядом, ей ничего не грозит. Она любила это чувство. Ковалева всегда все им обоим рассказывала без утайки, потому что они бы непременно ее поняли и поддержали. Когда ссоры с Блэком достигали своего пика, она просто рыдала в жилетку Кира или Лекса, ненавидя себя за такую слабохарактерность. Но про то, что произошло этой ночью, она не собиралась рассказывать даже им. Потому что просто не сможет объяснить то, что произошло.

Кирилл Орлов был интересной личностью, с какой стороны не посмотреть. Он был худощав, высок и в восьмом классе перекрасил волосы в пепельно-белый цвет, потому что ему надоело быть обычным. Клэри всегда считала, что ему идет этот цвет, который так ярко выделяет его синие глаза.

После того, как Кирилл выпустил Клариссу из своих объятий, ее обнял стоящий рядом Лекс.