Дышу тобой

Потому что эта разрушающаяся оболочка, которую он видел каждый день, совершенно точно не была его Алисой.

А сейчас ему, как никогда, нужна была именно его Лиса.

Было две теории происхождения ее поведения, каждая из которых имела свои недостатки. Первая – это то, что она все еще не забыла, как он тогда ее обидел. Но они говорили об этом, она целовала его после этого. Сама. Никак не состыковывалось с тем, что ей все еще больно за те прикосновения. Второй возможной причиной такого дерьмового состояния Лисы был приезд ее замечательного братца.

Который, как только узнает, с кем встречается его сестра, снесет ему лицо с его обычного места пребывания. Не то, чтобы Лекс сильно этого боялся. Это вроде как было неизбежно, тогда смысл из-за этого переживать? Кир всегда говорил, что неизбежного не стоит бояться, так как оно все равно неизбежно. Он изредка выдавал подобные «сильные» заявления.

Ведь все прекрасно знают об отношении Влада Волкова к сестре. Он глотки рвет за нее. И это правильно. Лекс даже уважал его за это, но презирал за отношение к тем, у кого денег в кошельке на порядок меньше.

Он стоял у него в голове на одной строчке с Блэком и Фроловым, и даже тот факт, что он являлся братом его девушки, его не спасал.

Эта теория тоже не подходила, потому что Лиса уверила его на сто процентов, что если Ник не проболтается о случившемся тем вечером, то у нее получится притормозить Влада от снесения его прекрасной головы.

Неизвестность раздражала, ведь на все вопросы Алиса лишь отмахивалась, делая вид, что усердно помогает Клэри подготовить все к балу, который решили устроить учителя в честь начала учебного года.

Ковалева суетилась, переживала, бегала по всему замку словно маленький русый вихрь, практически сметая все на своем пути. А все потому, что сукин сын Блэк просто отказался участвовать во всем этом.

Просто. Отказался.

Ведь это сам Блэк. Ему просто не по положению готовиться к балу. Он должен появиться на нем с опозданием при параде, собирая томные взгляды девиц, мечтающих потанцевать с ним.

Его чертовски раздражало, что малышка Клэри всю эту неделю самостоятельно патрулировала коридоры, потому что Блэку было просто плевать на эту свою обязанность. Как и, впрочем, на все остальные.

Она не высыпалась. Казалось, Кларисса уже не может быть бледнее, но она превзошла саму себя. Только глаза ярким пятном выделялись на ее лице. Кирилл всю неделю, как настоящий джентльмен, старался помогать Клэри во всем, что ей требовалось, как и Лекс.