Огнекаменный

Поднятая пыль еще не успела осесть, тем самым ухудшая видимость не только зрителям, но и самому виновнику всеобщего негодования карлов. Силуэты, словно тени бродили вокруг, разобрать что-либо не представлялось возможным. Метясь из стороны в сторону и пытаясь уловить свою следующую цель, спустя мгновение он услышал шаги, но было поздно. Из оседающей пыли показались очертания фигуры великана.

– Я ЗДЕСЬ! – Закричал Торин отвлекая внимание на себя.

– Арус! – удивился Ко, а следом раздался еще один крик.

Воспользовавшись подаренным мгновением, ураганно вылетевший из скрывавшей его пыли, Арус сделал замах правой рукой.

Выпиравший из пасти клык разлетелся на куски. Удар великана пришелся прямиком в челюсть. Звенящие осколки ударились о камни и, сверкая в лучах пробивающегося солнечного света, быстро обратились в пар.

Прозвучал пугающий и полный боли рев. Ответным ударом своей громоздкой руки, чудовище ответило обидчику ударом по корпусу. Еще секунду назад великан парил словно карл, теперь же он лежал на земле.

За время правления в Тверди карлов, ни одного из оставшихся сорока великанов не постигла участь смерти, которая могла бы стать для них освобождением от гнета.

Однако, невзирая ни на какие обстоятельства, допустить гибели раба не позволял себе ни один из правителей. Ко хорошо это знал и понимал какие были на то причины, но глядя на Мерзона, пренебрегавшего всевозможными традициями и устоями прошлого ради укрепления своего собственного положения, он не мог быть абсолютно уверен, что однажды этого все же не произойдет.

– Хватит! – сквозь смех рявкнул правитель, едва не выплевывая собственные слюни, смешавшиеся с дымом от табака и вином.

Взмахнув жезлом, Мерзон с легкостью сковал монстра своими чарами, на что был не в состоянии целый отряд надзирателей. Но к его удивлению монстр продолжал сопротивляться.

В агонии и злости существо тщетно пыталось пробраться к своей добыче, шаг за шагом преодолевая последние метры и превозмогая невероятные муки, буквально раздирающие его на части, заставляя ледяное тело со звоном осыпаться на каменные плиты.

– Повинуйся мне! – прорычал Мерзон.

Будто придавленный невидимым грузом, давящим на него с невероятной силой, монстр все сильнее и сильнее прижимался к земле. Звучащий рев сотрясал стены и оглушал всех вокруг, но зверь не оставлял своих попыток, протягивая свои лапы все ближе.