Просто о главном

Олег удивленно посмотрел на окна своей квартиры, в которых горел свет, и спросил у Оли:

– Ты свет не выключила?

– Нет, я точно помню, что везде выключала.

– Тогда я ничего не понимаю.

Они поднялись на второй этаж. Олег открыл дверь, и они вошли в прихожую.

На кухне играла музыка.

Любимая певица Зинаиды Григорьевны.

«Один раз в год сады цветут…» – заливалась Анна Герман.

Ребята переглянулись и вошли в кухню.

Зинаида сидела за столом и пила чай.

– Мама, что ты здесь делаешь? – непроизвольно спросил Олег.

– Плюшками балуюсь, – ответила женщина и засмеялась.

Ольга подбежала к матери и обняла ее.

– Боже мой, мамочка, любименькая моя, слава богу, с тобой все нормально!

Олег обессиленно облокотился о стену и прикрыл глаза.

– Олеженька, присядь. Присядь, сыночек, – засуетилась теща, подставляя зятю табурет. – А то, чего доброго, и ты копыта отбросишь. Нам с Оленькой бояться нечего, а тебе поберечься надо. Живой как-никак.

Олег сел к столу, и Зинаида налила ему чаю.

– Ты должен нас похоронить! – вдруг сказала Ольга.

Олег аж поперхнулся.

– Ты серьезно?

– Конечно. Так дальше не может продолжаться.

– Да, Олежка, – подхватила теща, – Мы, конечно, тебя любим, но это природа, и ничего здесь не поделаешь. Вот завтра купишь нам по гробику и похоронишь.

– Нет, завтра будет уже поздно. Необходимо это сделать сегодня. Сейчас!

Олег сидел и молчал. Он не верил своим ушам. Неужели это происходит на самом деле?

***

– База просит ответить третьего, – ожила рация.

Кирилл схватил ее и нажал кнопку.

– Третий на связи.

– Милиция не сможет сейчас приехать. У них появилось дело посерьезней нашего трупа, какой-то маньяк-людоед.

– Хорошо, мы их покараулим.

– Кирилл, тебе лечиться пора, а не за людьми следить, – ответил диспетчер и отключился.

– Правда, Кирюх, хватит ерундой заниматься. Поехали лучше на базу, поспим, – произнес Володя.

– Ребята, давайте подождем еще полчасика и поедем.

– Ну, как знаешь, – ответил Володя и, заворачиваясь в фуфайку, добавил: – Я пока подремлю.

***

Олег смотрел в пустые безжизненные глаза жены и понимал, что спорить нет смысла. Да он и сам прекрасно знал, что этот момент когда-нибудь должен был настать, он просто гнал от себя эти мысли, хотел как можно дольше побыть рядом с любимой.

Но она мертва, и этим все сказано.

Ольга попыталась взять чашку с чаем, но не смогла. Она попыталась еще раз, но пальцы не слушались.