Чёрные стихи и рассказы

17

***

Лишь тень и тишина

Для раненых сердец,

Кровавая луна —

Всех страшных бед венец —

Умоется слезой

И свежестью ночей,

Когда спадает зной

От солнечных печей,

Губы опять к губам

И больше ничего,

Ни веры пошлым снам

И в глупое кино,

Ни звезд, ни облаков,

Ни горький полубыт,

Заброшенных домов

Душа навеки спит,

Но утренний пожар

Разбудит всех людей,

Что проклинают дар

И тонут в суете —

Мир как большой макет,

Жизнь как набор клише,

Включает счетчик лет

Привычный ход вещей.

лето 2016.

***

На щеке цвет любви проступил,

Я смотрю в дивный багрянец,

Словно школьник кидая в ранец

Ощущения, что не зря жил.

Всю ночь омут глаз до дна пил

Как последний из грязных пьяниц,

Я по миру вечный скиталец

Как бродяга среди могил.

Снег падает, сразу тает,

Тебя никто не узнает

Истрёпанную словами.

Провожая последнюю стаю,

Город огни зажигает

Опостылевшей всем рекламы.

2016

***

повисли в воздухе бесцветные слова

из серых гетто одиноких городов,

и правда, что две тыщи лет мертва,

уже не манит к себе смелых дураков,

пусть похоть улицы вылизывает дождь,

в вечерних сумерках размазаны дома,

в одном из них в парадной снова пьёшь

горячие сводящие с ума

напитки с обжигающим огнём,

на вкус они как лед далеких звезд,

видения расскажут обо всём,

вмиг открывая суть метаморфоз

под сладким светом молодой луны

ночью горит всего одно окно,

в нём двое, и они обнажены,

и мало ли кто видит – всё равно

длиннее вечности немая тьма,

которую окутал томный вздох,

пока на краешке земли дремал

болезненный и дряхлый бог.

сентябрь 16.

***

печален вид в окно,

где ярких красок нет.

душа как старое тряпьё,

как грязный серый снег

уже не верит небесам

и в новую весну,

не верит грёзам, чудесам

и призрачному сну,

не верит в солнце и луну,

животных и людей,

моя душа идёт ко дну

среди похожих дней.

4.1.16

***

и звёзды такие же неподвижные,

жизнь также глупа и ужасна,

ветер кричит над крышами

о том, уже без шансов,

сколько времени мимо пролили,

пока ночь дым вдыхала из труб,

не сосчитать, сколько было

мной исцеловано губ,

сколько выпито и сколько забыто,

даже в памяти вряд ли рядом,

наша юность захламлена бытом,

веселье осталось за кадром.