Трое в Таиланде, не считая собак

Сергей начал поить его пивом, как маленького птенца.

– Миша, помнишь, как ты рвался управлять автобусом, когда мы ехали из аэропорта?

– Лапоть, ты в своём уме?! У меня же категории для автобуса нет.

– Не было. А теперь есть! Держи. Ты у водителя права забрал. Надо только фотку поменять.

– Всё из-за тебя! Накачал нас своим джин-тоником. Коктейль, коктейль! Вот мы и превратились в скотов.

– Превратились?!

– Панган! – крикнул вынырнувший откуда-то матросик и, улыбнувшись, показал вдаль. Прямо по курсу показались очертания утопающего в зелени острова.

Он был прекрасен. (Остров, конечно, а не матросик).

На пристани все туристы вмиг разбежались, и мы остались одни. Зимние куртки и шапки в руках придавали нам мародёрский вид. Ко мне подошла косая тайка и с поклоном вручила буклетик гостиницы.

– No, no, thanks. We need hotel «Russian star», how can we get there?[1 - No, no, thanks. We need hotel «Russian star», how can we get there? – Нет, нет, спасибо. Нам нужен отель «Русская звезда», как нам туда добраться?]

В ответ тайка что-то залопотала на местном наречии.

Миша недовольно поморщился.

– Что она хочет? Эй, Серёга, ты же по-ихнему знаешь, объясни тёте, чтобы отвалила.

– Соува тии. Соува тии!

– Не тяни, спроси, как нам добраться до нашей гостиницы.

– Миша, я пока только «добрый день» выучил. Остальное со словарём.

– Ну ты и баран, со словарём! Ладно, поехали уже к ней, а то сил нет, – Миша сдался неожиданно быстро.

У нас и подавно не было желания спорить, поэтому мы тихо сели в предложенную тёткой машину, доехали до какого-то отеля, добрели до своих коек и заснули сном стахановцев.

* * *

Таиланд – чудесная солнечная страна в Юго-Восточной Азии. Джунгли, пляжи, монахи, слоны, кокосы и красотки захватывают ваше сознание сразу и бесповоротно, вытесняя усталость и негатив. Любой прибывший в Таиланд чужеземец наполняется силой, здоровьем и энергией. Главное – не быть при этом в отрубе или хотя бы соображать, где пол, а где потолок.

Но не всем это под силу. Как говорил один мой друг: «Человек слаб… а портвейн крепок».

Открыв глаза, я далеко не сразу понял, где я и к какому биологическому виду принадлежу. Зато я понял, что это моё третье похмелье за три дня, и такая арифметика мне не нравится. Надо было встать и размяться, но сил хватало лишь на то, чтобы вращать глазами. Я осмотрелся и понял, что мы в гостинице. Потом я принюхался.