Воздушный замок Нострадамуса

Я не привык оставлять подобные преступления безнаказанными, эти молодчики должны провести несколько лет в тюрьме!

Рассеянный свет фонаря осветил лицо мужчины – ему было около тридцати, классические черты лица, узкие серые глаза, идеальные белые зубы.

– Вы врач? – шмыгнув носом, спросила Софья.

Мужчина, улыбнувшись, ответил:

– Ах, в пылу схватки не было возможности представиться, мадемуазель. Меня зовут Себастьян Хоуп, я – психиатр, прибыл в Бертран на конгресс.

Нагнувшись, он подобрал с тротуара кольцо с изумрудом.

– Оно едва не стоило мне жизни, – усмехнулась Софья. – Мистер Хоуп, я не знаю, как благодарить вас!

– Мадемуазель, если не знаете, то и не стоит, – сказал доктор. – Уверен, что на моем месте точно так поступил бы любой здравомыслящий человек. Как хорошо, что после окончания первого дня на конгрессе я решил прогуляться!

Он нежно подхватил Софью под руку, и они отправились по улице к ее дому. Себастьян Хоуп давал по пути наставления:

– Мадемуазель, вам требуется принять горячую ванну и выпить сладкого чая, это поможет справиться с неприятными переживаниями и побыстрее заснуть.

– Мистер Хоуп... Себастьян... – произнесла внезапно Софья. – Вы не откажетесь, если я приглашу вас на чашку чая?

Доктор внимательно посмотрел на Софью и ответил:

– Не откажусь, если вы, прекрасная незнакомка, не будете и далее скрывать от меня свое имя.

Софья рассмеялась – в обществе симпатичного английского доктора она чувствовала себя как нельзя лучше.

– Меня зовут Софья Ноготкофф-Оболенская, – сказала она.

– Если не ошибаюсь, то вы принадлежите к старинному дворянскому роду, – промолвил Себастьян.

– Так и есть, – подтвердила Софья. – Боже мой, а где же моя сумочка!

Себастьян галантно протянул ей сумочку.

– Грабители, забрав ваш кошелек, швырнули ее около фонаря, – произнес он. – Разрешите...

Он попытался найти в сумочке ключи, однако Софья в отчаянии воскликнула:

– Я же оставила их в квартире! Сегодня утром все было против меня – в пятницу, тринадцатого, я столкнулась со сплошными неудачами.

Она искоса взглянула на доктора Хоупа – если бы на нее не напали бандиты, то она не познакомилась бы с симпатичным психиатром.

– Мадемуазель, я все улажу! – заявил доктор. Он позвонил в одну из квартир, недовольный сонный голос произнес: «Что такое?»

Табличка над кнопкой гласила «Olivia Nivoix».