Закат созвездия Близнецов

Вернее было бы назвать это даже не тучами, а тайфуном, Эль Ниньо, ураганом столетия. Потому что Лариса Варавва никогда и никому не прощала обид...

На следующий день в кабинет к декану филологического факультета Шамановой была вызвана доцент кафедры немецкой лингвистики Алла Александровна. Бедрова, войдя в деканат, сразу же бросилась к секретарше, мясистой нагловатой Вике, с вопросом:

– Викушенька, что случилось, к чему такая срочность, ты не знаешь?

Вика, на секунду оторвавшись от телефонного разговора с подругой, пожала плечами и хитро улыбнулась в ответ:

– Понятия не имею, Алла Санна.

Алла Александровна немного успокоилась. Ну что ж, если деканша хочет получить свою часть с взяток, то это вполне закономерно. Но тогда зачем приперся ее муженек-проректор? Алла Александровна, натянув на лицо одну из своих сладких мин, постучала в дверь.

– Войдите, – раздался голос Риммы Васильевны. Алла Бедрова проскользнула в небольшой кабинет. Так и есть, Римма сидит в вертящемся кресле за массивным столом, рядом с ней возвышается ее муж. Вид у обоих весьма зловещий.

– Добрый день, Алла Александровна, – произнесла Римма. Затем сняла трубку внутреннего телефона и сказала секретарше Вике: – Можешь пока сходить в столовую, милочка. Да, да, именно сейчас. И не торопись. Уходя, закрой деканат на ключ. У нас серьезный разговор, и я не хочу, чтобы нам мешали.

Дождавшись, пока хлопнет дверь, Римма объяснила Алле Александровне:

– Вика слишком любопытная особа, может еще и под дверью послушать. А то, о чем мы будем с вами говорить, строго конфиденциально.

Бедрова напряглась. В чем же дело? Обычно, когда разговор ведется о выплате деканессе процента с крупных взяток, это не обставляется такой секретностью.

– Алла Александровна, – отчеканила Римма. – Вы знаете, что через полгода, в начале осени, предстоят выборы нового заведующего кафедрой немецкой лингвистики.

Алла поддакнула. О выборах она, конечно, знала, но разве это что-то меняет? Разумеется, переизберут Куракина. Профессор, доктор наук, известный ученый, он был единственной достойной кандидатурой.

– Руководство факультета недовольно работой Куракина, – продолжила Римма. – Кафедре требуется новый руководитель.