Закат созвездия Близнецов

Так и есть, с той стороны границы к сетке бегут несколько пограничников, один из них срывает автомат...

Селуянов пригнулся, раздалась короткая очередь. Ютта, которая находилась под защитой деревьев, видела, как Егор упал. Она вскрикнула и затаилась за низкой елью. Ведь могут попасть и в нее. И в Еву. Но что с Егором, он не может умереть, он не имеет на это права – здесь, на свободе!

– Стреляй, стреляй в него! – командовал один пограничник другому. – Эта тварь не должна уйти! Черт возьми, ну давай же!

Ноябрьскую тишину пронзила еще одна автоматная очередь.

– Остановитесь! – крикнул один из них. Ютта подчинилась. Коренастый усатый дядька приблизился к ней. Он видел перед собой обезумевшую от ужаса женщину с растрепанными светлыми волосами, прижимавшую к себе плачущую малышку.

– Я из ГДР, – прошептала Ютта, чувствуя, что вот-вот упадет в обморок.

– Успокойтесь, – произнес второй пограничник, молодой мужчина. – Вам уже нечего бояться. Мы вынуждены вас задержать, но повода для беспокойства нет. Таковы формальности. Это ваша дочь? Как тебя зовут, малышка?

Пограничник ласково обратился к Еве, которая, уткнувшись в куртку матери, тихо подвывала. Услышав мужской голос, Ева повернулась к пограничнику, он увидел ее хитрый синий глаз и симпатичную заплаканную мордашку.

– Ева, – произнесла она и улыбнулась. Пограничник улыбнулся ей в ответ.

– Добро пожаловать на территорию Федеративной Республики, – сказал коренастый усач. – Мы слышали выстрелы с той стороны границы и сразу поняли, что товарищи с Востока опять пытаются помешать кому-то бежать. У нас в этом году вы уже седьмая. Семь – счастливое число.

Ютта закинула голову и подставила лицо холодным каплям дождя. Впрочем, кажется, небо начало проясняться. Ева вцепилась в куртку Ютты. Девочка больше не плакала.

– Вы не одна? – спросил пограничник. – О ком вы говорили?

– Там мой... мой муж, – сказала Ютта. – Он – русский офицер, в него стреляли пограничники. Ему нужно помочь...

И несмотря на ужасные переживания этого утра, Ютта почувствовала странную радость. Егор был прав – не прошло и нескольких часов, как она с Евой оказалась на свободе. Вот если бы с ним все еще было в порядке.