Восьмой смертный грех

Если в Америке и Европе Хаммерштейна считали лицемерным и хладнокровным делягой, который ради прибыли готов пойти на сделку с сатаной, то в развивающихся странах он был другом президентов и благородным рыцарем, который давал рабочие места множеству людей и стимулировал местную экономику.

Рекламный отдел русского филиала занимался тем, что разрабатывал наилучшую концепцию по продвижению на рынок ряда новых продуктов концерна. Дмитрий Львович, глава отдела, внимательно выслушивал концепции рекламной кампании, которые предлагали ему сотрудники.

– Спасибо за вашу высокую оценку моих предложений, – сказала Регина Станкевич с холодной улыбкой. Она была довольна: в который раз она оказалась первой и лучшей. Еще бы, что могут противопоставить ей другие? Регина знала, что рано или поздно она займет место Дмитрия Львовича, а затем… Затем она бы не отказалась от перевода в один из зарубежных филиалов «Хаммерштейна». Среди топ-менеджмента корпорации было немало иностранцев, и все эти топ-менеджеры заседали по-прежнему в Чикаго.

Попасть туда было самой сокровенной мечтой Регины.

Она тряхнула головой и посмотрела на свою конкурентку, Лену Монастырскую. Они отличались не только предлагаемыми концепциями, они разнились и внешне. Регина всегда уделяла много времени собственному антуражу и считала себя весьма стильной молодой дамой. Невысокая брюнетка, она всегда говорила с апломбом и предпочитала черный цвет, перламутровые оттенки помады и платину.

Елена Монастырская улыбнулась в ответ на взгляд Регины, за которым на самом деле скрывался вызов.

Она поправила непослушные каштановые пряди. Регина выглядит сегодня, как всегда, потрясающе, она долго работала не только над своими предложениями по рекламной кампании, но уделила пару часов и собственному внешнему виду. Настоящая принцесса…

Хотя Регина называла именно ее, Лену, принцессой и как-то желчно заметила, что своим телосложением Лена напоминает покойную принцессу Диану – такая же нескладная и слишком высокая.

– Будь ты еще блондинкой, дорогая, была бы ее точная копия.

Жаль, что Диана погибла так нелепо. Но твои синие глаза…

Регина завидовала удивительному природному цвету Лениных глаз, даже появлялась иногда в темно-синих линзах. Лена относилась к этой женской конкуренции по-философски спокойно. И чем спокойнее она была, тем больше бесилась Регина. Но Станкевич никогда не подавала и виду, что не любит Лену. Более того, она говорила, что Леночка – ее лучшая подруга.