Венец творения

Они росли плотно, однако в одном месте образовалась проплешина – видимо, там хвойные не прижились.

Женя обернулась – и поняла, что осталась одна. Еще бы, никто, кроме нее, не хотел находиться в этом требовавшем срочного капитального ремонта месте. Но ведь в этом и было очарование террасы – ее надо было оставить такой, какой она была! А ремонт, даже самый щадящий, превратит этот шедевр, зодчими которого были время и непогода, в очередную стандартную террасу стандартного подмосковного замка.

Евгения вернулась в музыкальный салон, прикоснулась к покрытым трещинами стеклянным квадратикам, из которых состояла дверь.

И вдруг заметила на одном из них полоски. Присмотревшись, она поняла, что это надпись, сделанная кем-то на стекле. Она наклонилась и попыталась прочитать. Ей удалось только разобрать подпись: «Евгения».

Гм, неужели та самая Евгения, в любви которой признавался неведомый поклонник на коре дуба? Или другая? Как ни старалась, но понять, в какие слова сплетаются тонкие линии, она не могла.

Хотя… Хотя создавалось впечатление, что одно из слов, кажется, было словом «подвал».

Подвал? Конечно, в любом мало-мальски приличном доме имелся подвал. Имелся он, вне всякого сомнения, и на Мухиной даче. Только отчего кто-то решил увековечить факт его существования на стекле музыкального салона? Почему не кухню, не библиотеку, в конце концов, не будуар, где государь император пытался соблазнить юную графиню?

Женя захотела призвать на помощь всезнающую директрису лицея, но поняла, что ни той, ни прочих гостей на первом этаже не было.

Даже Артем ушел, оставив ее одну. Хотя…

Хотя она сама желала остаться одна…

Да, дом ей определенно нравился. И она знала, что все прочие – только случайные гости. Не исключено, что даже Артем… Что даже Артем не в состоянии понять очарования Мухиной дачи.

Все должны уйти… И она… Нет, конечно же, они – Артем и она сама – останутся здесь вдвоем. И никто не нарушит их идиллии, никто и ничто… Потому что это только их дом! Он принадлежит им, а они – ему!

Удивляясь своим собственным странным мыслям, Евгения бродила по первому этажу.

Присоединяться к основной массе посетителей она не хотела. Кухня, конечно, была не ахти, ее требовалось отремонтировать, а все так называемое «оборудование» заменить на современное. А вот прочие комнаты…

Внезапно Евгения увидела дверцу, которая располагалась в углу и сливалась по цвету с темно-серой стеной.