Вечной жизни не хватит

Елена улыбнулась, отчасти стыдясь подобной наивности. Так уж получилось, что она пристрастилась к предсказаниям «Великого Оракула», но не из-за того, что была доверчивой, а потому, что они часто сбывались!

Она закрыла электронный органайзер и углубилась в чтение бумаг. Однако из головы не шли строчки разоблачительной статьи в журнале. Для всех она – Железная Леди, неприступная миллиардерша, безжалостная бизнесвумен. И никто не подозревает, каким в действительности было ее прошлое. Елена бы сама отдала очень многое, чтобы окончательно забыть о том, что происходило…

Однако она не имеет права поддаваться панике, более того, на предстоящем приеме дать слабину.

Потому что на него заявится и Азиза – Елена это прекрасно знала. И не сомневалась, что статью оплатила именно эта ее самая опасная противница.

Автомобиль медленно затормозил, а Елена продолжала сидеть, поигрывая электронным органайзером. Ей – сорок лет. Она очень многого достигла, а еще большего намеревалась достичь. Однако ведь совсем недавно она так же думала в двадцать, а потом и в тридцать.

Пронесется безжалостное время, и она будет отмечать свой пятидесятый, а затем и шестидесятый дни рождения. Но разве деньги и власть сделали ее счастливой?

Вопрос был риторический, и Елена, заметив, что шофер почтительно поджидает на улице, дернула дверцу. Шофер тотчас распахнул ее, и Наместникова шагнула на асфальт. Они находились перед одним из изящных небоскребов, который был возведен строительной компанией, входившей в принадлежавший Елене холдинг.

Да и само здание было полностью ее собственностью – в нем размещался головной офис ее империи.

Елена вдруг закинула голову, устремив взгляд в серо-бирюзовое небо. Она уловила изумленный взгляд шофера – тот еще никогда не видел, чтобы его безэмоциональная хозяйка любовалась облаками.

А вдруг все это исчезнет? Рано или поздно ведь все равно придется кануть в небытие. Однако, как и любой человек, Елена Наместникова предпочитала думать об этом печальном моменте как о чем-то нереальном, о том, что никогда и не наступит, понимая, однако, что наступит, и к тому же быстрее, чем можно себе вообразить.

Кто сказал, что она отпразднует пятидесятый или шестидесятый день рождения? Ведь Кирилл умер в свой сороковой… И кто гарантирует, что этот ее день рождения не станет последним? Удивительно, но факт – иные люди, обладая ее деньгами, не работали бы в такой день, вернее, вообще бы не работали, предаваясь неге.