Связанные одной тайной

Вынырнув наконец на поверхность, она жадно схватила ртом воздух и почувствовала небывалое, ни с чем не сравнимое счастье. До слуха донесся шум грозы. И только парой секунд позднее девочка поняла, что это не гром, а треск выстрелов.

Она не видела ни катеров, ни бандитов, как, впрочем, и те ее: белый туман надежно укрывал беглянку от глаз преследователей. Но в то же время Таня не знала, куда ей плыть, на что ориентироваться. Что, если бандиты станут планомерно прочесывать акваторию и рано или поздно наткнутся на нее? Она ведь понятия не имела, в какой стороне находится спасительный берег.

– Там, там, слева по борту! – услышала Таня далекий мальчишеский голос. – Я видел, голова мелькнула, потом снова под воду ушла! Вон, прямо там!

Снова зазвучали выстрелы, но теперь вдали от нее. Таня поняла: ее безымянный спаситель с синими глазами намеренно отвлек внимание бандитов, тем самым позволяя ей уйти.

Таня поплыла прочь – и вдруг почувствовала предательскую судорогу, девочка невольно вскрикнула.

– Там голос был, там! – заорал кто-то, и в ее сторону снова обрушился свинцовый дождь.

Судорога вроде бы прошла, Таня снова резко ушла в глубину, пронизываемую белесыми туннелями пуль, – и вдруг ощутила жгучую боль в груди. Рот инстинктивно открылся и вода устремилась в горло. Девочка беспомощно забила руками и ногами, пытаясь выплыть на поверхность. Перед глазами мелькнула сизо-красная пелена, медальон на груди ожалил нестерпимым жаром. А затем все ощущения померкли, последним, что помнила Таня, перед тем, как тело потянуло на дно, была вытянутая морда любопытный толстой рыбины, возникшей из недр речного царства и медленно шевелившей плавниками, словно приветствуя ее и одновременно радуясь предстоящему подводному пиршеству…

Книга 2

– В связи с неявкой трех присяжных заседателей прошу перенести заседание, – произнес холеный седовласый адвокат, обращаясь к облаченному в черную мантию густобровому судье, восседавшему в кресле.

 – Хотя виноват, Ваша Честь, с учетом невероятного фарса, устроенного государственными обвинителями, невольными участниками коего являемся все мы, ходатайствую о прекращении процесса над моим клиентом в связи с невозможностью его продолжения!

И его клиент, сухощавый мужчина лет сорока с небольшим, одетый в дорогой костюм, закивал головой.

Можно было рассмотреть его самодовольную улыбку, а также странно выглядевшую мочку левого уха, явно когда-то поврежденную.