Сад мертвых бабочек

Совершенно нормальным.

– Нет. В бассейн отправишься ты один. Там тебе самое место, Артур.

Тот бросился к ней с явным намерением затащить в бассейн против ее воли, но мама вдруг вынула из кармана халата руку, в которой блеснул пистолет.

А затем три раза, с крошечными перерывами, выстрелила в надвигавшегося на нее голого Артура.

Звуки выстрелов разнеслись под куполом бассейна, от чего у Анжелы в ушах заложило.

Она на мгновение автоматически закрыла глаза, а когда их распахнула, то увидела, что Артур уже снова лежит в воде – на спине, раскинув руки, в становящейся алой воде бассейна.

От вытекавшей из ран в его груди крови.

Лежал и не шевелился, мерно покачиваясь на волнах, вызванных падением в воду его собственного идеального тела.

Теперь, безо всяких сомнений, абсолютно мертвого.

Тела крупного удачливого бизнесмена, друга сильных мира сего – и сумасшедшего садиста.

Мама же, в руках которой был зажат пистолет, смотрела прямо на Анжелу.

– Мамочка! – закричала Анжела и бросилась по кромке бассейна к ней.

Мама, подойдя к металлической лестнице, внимательно посмотрела на тело Артура и осторожно положила пистолет обратно в карман халата.

– Мамочка! – Анжела замерла в паре метров от мамы, и только тут до нее со всей отчетливостью дошло: мама только что убила человека, и она стала этому свидетельницей.

Человека – или монстра Артура, босса их личного ада?

Да, монстра Артура, босса их личного ада, который, как ни крути, при всем при том был пусть и чудовищем, но все же человеком.

Впрочем, теперь мертвым – застреленным мамой.

– Думаешь, он мертв? – спросила мама, всматриваясь в тело Артура, которое, казалось, покоилось на красном бархате.

Стараясь не смотреть Артуру в бритый пах, Анжела подтвердила:

– Ну да, мамочка, мертвее не бывает.

И в этот момент голова Артура начала уходить под воду.

Мама удовлетворительно заметила:

– Я тоже так, дочка, думаю. Я больше всего боялась не промахнуться, ведь стрелять я умею, а того, что ранения не будут смертельными.

И эти кошмарные вещи говорила ее мама!

– Ты умеешь стрелять, мамочка? – спросила Анжела. – Я и не знала…

Выходило, что о маме она многого не знала. Например, что та способна на убийство – причем не спонтанное, вызывное обстоятельствами непреодолимой силы, а на вполне себе хладнокровное и спланированное.

Впрочем, также вызванное обстоятельствами непреодолимой силы.