Отель сокровенных желаний

– Ярослав Станиславович? – произнесла она грудным, словно натренированным голосом, выговорив его имя и отчество, достаточно редкие в такой комбинации и фонетически небеспроблемные, без малейшей запинки. – Вы опоздали!

Проходя в холл «Петрополиса», Ярослав мысленно чертыхнулся. Хотел приехать заблаговременно и, что важнее, приехал – но в итоге все равно опоздал! А клиент, оказывается, прибыл еще раньше его самого и все время находился в особняке, не исключено, наблюдая за нерадивым архитектором, отчего-то застрявшим в своем авто и предавшимся праздным размышлениям.

Объяснять и оправдываться не имело смысла, поэтому Ярослав сухо извинился и заметил:

– Звучит странно, но я пытался уловить ауру этого места. И этого особняка… Поэтому и засиделся в салоне…

Выходило, что все равно объяснял и оправдывался, хотя именно этого и не намеревался делать, да еще перед кем – перед размалеванной особой, словно сошедшей с обложки гламурного журнала. Судя по широко распахнутым глазам этой девицы и полному отсутствию понимания на ее идеальном личике, она считала причину, по которой Ярослав пришел не вовремя, действительно странной.

– Отчего же, Ярослав Станиславович, ничуть не странно! – прозвучал тихий мужской голос, и Ярослав, обернувшись на говорившего, увидел коренастую фигуру в дорогом плаще с пестрым шарфом вокруг горла.

Это и был клиент – Михаил Георгиевич Прасагов, столичный олигарх средней руки, который решил распространить свое влияние и на Питер.

Прасагов – мужчина лет пятидесяти с хвостиком, с жестким волевым лицом, крошечной седеющей бородкой и глубоко посаженными, умными карими глазами – протянул Ярославу ладонь, и тот ощутил его крепкое рукопожатие.

– Красин, Ярослав Станиславович, – произнес он, хотя и Прасагов, и его пока что безымянная спутница, были в курсе, как его зовут.

– Это Алина Жирмунская, на которой держится мой питерский офис, – произнес олигарх, кивая в сторону расфуфыренной особы.

И на такой может держаться офис? Ярослав подумал, что эти изящные ручки с длиннющими бордовыми ногтями, не исключено, могут стучать по компьютерной клавиатуре и размешивать ложечкой кофе в подаваемой шефу чашке, не более.

Ярослав пробормотал, что ему «очень приятно», однако сразу понял, что тон задает один-единственный человек: сам Прасагов.