Ночь всех святых

Присоски обуглились, кожа лопнула, оттуда потекла мерзкая на вид белесая жидкость.

Щупальце с необычайной скоростью втянулось обратно в книгу. Ошеломленный второй секретарь горкома Сергеев уставился на фолиант и горестно произнес:

– Хозяин, мы сейчас же накажем эту мерзавку! Пожалуйста, не извольте беспокоиться, мы ведь полностью на вашей сторо…

Второй секретарь горкома не успел договорить. Потому что из глубин книги, вернее, из того странного колодца, что открылся в книге, вылетело щупальце и попало прямо в лицо Сергееву.

Тот дико заорал, но щупальце в мгновение ока скрутило его, как питон скручивает свои жертвы.

– Хозяин, это же я, ваш покорный слуга! Я сделаю все, что вы прикажете! Только отпустите меня! – заголосил мужчина.

Но было поздно: щупальце поволокло его к алтарю. Пораженные происходящим сектанты стояли, прижавшись к стенам, и в ужасе наблюдали за незавидной участью своего предводителя.

Марина же бросилась к лестнице. Никто и не подумал перегородить ей дорогу или броситься за ней.

Со стороны алтаря раздавались крики, вопли и стоны. А потом послышался жуткий хруст ломающихся костей.

Гигантскими прыжками Марина неслась по лестнице вверх. Выскочила из склепа и помчалась прочь с кладбища. Дождь перешел в настоящую бурю. Удивительно, но малыш уже не плакал, а только тихонько всхлипывал. Марина все боялась, что упадет и придавит ребенка, однако еще больше боялась замедлить бег.

Только оказавшись в парке роддома, женщина остановилась и перевела дыхание.

А потом откинула полу плаща и посмотрела на ребенка. Тот уморительно зевнул и чихнул. Молодая мать поняла: малыша нужно как можно быстрее доставить в теплое место.

Женщина поспешила к себе домой. Часы на кухне показывали половину четвертого. Марина положила ребенка на стол и принялась перепеленывать, благо чистых пеленок в доме имелось предостаточно. Это был мальчик, которого наверняка украли у любящих родителей.

Марина сноровисто меняла пеленки, одновременно подогревая на медленном огне молоко, когда на кухню зашел, потягиваясь и жмурясь на яркий свет, ее муж Геннадий.

– Мариша, ты чего не спишь? – спросил он и бросил рассеянный взгляд на ребенка. – Тебе ведь отдохнуть пора, мама о Светочке позаботится.

Геннадий схватил с плиты чайник, поднес его ко рту и стал пить из носика. Но вдруг поперхнулся, уставившись на стол. Держа в руке чайник, мужчина подошел ближе.

– Но… но это же не Светочка, а пацан! – произнес он ошеломленно.