Ночь всех святых

И внутри находилось нечто очень и очень важное и, вне всяких сомнений, ценное.

Ганс осторожно поставил ящик на дрезину, а затем, вытянувшись во фрунт, замер, не смея взглянуть на Гиммлера. Тут уж или пан, или пропал, понимал Ганс. Или второй человек Германии оценит его поступок по достоинству, или отдаст приказ расстрелять наглеца на месте.

Гиммлер ринулся к ящику, осмотрел его со всех сторон и, убедившись, что он не поврежден, повернулся к Гансу спиной. Молодой человек похолодел: все, влип, сейчас будет отдан приказ о расстреле…

Тем временем Гиммлер взгромоздился на дрезину.

Туда же прыгнул один из офицеров, но рейхсфюрер качнул головой и вдруг указал на Ганса:

– Со мной поедет он!

Повторять дважды не пришлось – дрожа от радости, Ганс влез на платформу, чувствуя на себе колючие взгляды офицеров. Но ему было на это решительно наплевать.

– Умеешь обращаться с дрезиной? – последовал вопрос.

Ганс подтвердил, что умеет. Еще бы, ведь его отец был железнодорожником!

Никогда в жизни Ганс не мог бы вообразить, что ему придется толкать дрезину вместе с самим рейхсфюрером СС Генрихом Гиммлером.

В голове у парня роилось множество вопросов, но он не посмел задать ни одного из них. Платформа покинула освещенный зал и устремилась в темноту, в один из туннелей. Кое-где дорогу освещали факелы, укрепленные на стенах, но большую часть пути пришлось провести в кромешной тьме.

Ганс слышал пыхтение Гиммлера и вдруг подумал, что сейчас самый удобный момент напасть на него, убить и завладеть главным сокровищем рейха, что покоилось в золотом ящике у его ног.

Только вот как потом покинуть штольню? Что-нибудь придумает!

Оружия у Ганса не было (пришлось сдать еще в бронепоезде), однако молодой человек был уверен: он наверняка справится с Гиммлером. Если что, разделается с ним голыми руками!

Тут взгляд молодого человека упал на золотой ящик, и Ганс вдруг сделал открытие – его кровожадные мысли идут именно оттуда. Да, то, что находилось в ящике, подталкивало его к преступлению… Но как такое могло быть?

Послышались голоса, и Ганс понял: за ними следует вторая дрезина, на которой находятся адъютанты Гиммлера.

Значит, ничего не получится, придется забыть об ужасном плане. По крайней мере, на данный момент.

– Ты ведь хочешь убить меня? – раздался неожиданно голос Гиммлера.

Ганс вздрогнул и замешкался, не зная, что ответить. А рейхсфюрер заявил:

– Знаю, что хочешь. Поэтому за нами и следуют мои люди. И, собственно, я тоже хочу убить – тебя.