Миф страны эдельвейсов

Симончук аж урчал от похоти, изо рта капала слюна, глаза горели.

– Шваль, стерва, гадина! Ну я сейчас тебя знатно уделаю. А потом сдам вас всех, скопом, немцам, и они вас расстреляют. Уступила бы по доброй воле, я бы в долгу не остался, приголубил бы тебя.

Анна, как ни старалась вырваться, понимала, что с обезумевшим Симончуком ей не справиться. И как же меняет людей власть! Наверняка бывший политагитатор всегда был редкостной сволочью, однако именно сейчас он проявил низменные черты своей натуры.

Симончук повалил Анну на пол, оседлал женщину, хрипя и пуская слюни. Ему не терпелось овладеть беззащитной жертвой.

Внезапно раздался странный глухой звук, Симончук пошатнулся. Звук повторился, и полицай мешком повалился рядом с Анной на дощатый пол. Женщина увидела своего двоюродного брата Димку, сжимавшего в руках ухват. Подросток ударил Симончука по голове в третий раз, и тело предателя дернулось.

– Все, хватит! – воскликнула Анна, поднимаясь.

– И поделом скоту! – произнес с довольной улыбкой Димка, откладывая в сторону ухват. – А то ишь чего задумал, гад! Туда ему и дорога, прихвостню фашистскому!

Анна попыталась привести полицая в чувство, но у нее ничего не вышло – Симончук не шевелился. По всей вероятности, был мертв.

– Что ты наделал? – ахнула Анна, запахивая на груди порванное платье. – Димка, ты же убил его!

– Ну и отлично, – заявил подросток, пнув ногой тело Симончука.

И мальчишка смачно плюнул в лицо полицаю.

Послышались голоса, в избу вошли дед Василий с бабой Шурой. Возникла немая сцена – несколько мгновений старики молча смотрели на поверженного полицая, затем баба Шура спросила испуганно:

– Да что ж здесь такое приключилось? Ему что, поплохело?

Димка радостно пояснил:

– Еще бы не поплохело, если его три раза ухватом по кумполу отделал.

Дед Василий, приблизившись к Симончуку, внимательно осмотрел его и задумчиво почесал бороду:

– Мертв, как пить дать. Да, заварил ты кашу, хлопец.

– Так он на Аньку покушался, поганец! – с вызовом сказал Димка. – И кричал, что всех нас немцам сдаст, а те расстреляют.