Гордость и преступление

Безусловно – отчего-то в этом сомнений не было, – все и там, у нее в отеле, или в родовом поместье Питера будет на высшем уровне, только…

Только после ночи любви всегда последует утро расставания, а это значит, все волшебное очарование разом пройдет, и карета превратится в тыкву, а кучер в крысу.

А она сама останется у разбитого корыта?

Вика посмотрела на дверь еще раз, словно ожидая, что та распахнется и Питер, как обещал, вернется к ней.

Нет, не словно – она действительно ожидала, тогда бы у нее не было возможности уйти.

Однако дверь не открывалась, и девушка вздохнула. Что же, прошло уже не менее пяти минут с тех пор, как его забрал с собой бритоголовый тип. И все, что только можно было с ним выяснить, Питер давно мог уже выяснить. И вернуться к ней.

Если только…

От осознания этого ей стало больно – физически больно. Питер и не намеревался возвращаться. С самого начала не намеревался. И, кто знает, случайно ли появился тут бритоголовый, или он всегда, как чертик из табакерки, появляется тогда, когда Питеру необходимо под благовидным предлогом улизнуть.

Вика, оторвавшись от стены, опять взглянула на дверь. Она еле удержалась, чтобы не подойти к ней и не дернуть за ручку. Все равно закрыта.

Вот именно закрыта – доступа в этот мир, мир Питера, у нее не было. Точнее, она побывала в нем, и то благодаря тому, что в клубе праздновала свой девичник будущая виконтесса Грейсток, но надо быть реалисткой: ни к чему хорошему это не приведет.

Да и не надо, чтобы вообще к чему-то приводило.

Каждому, как говорится, свое.

Но отчего на сердце так тяжело?

Вика решительно зашагала прочь. Как и тогда, в Гайд-парке, ее подмывало обернуться, чтобы посмотреть, не вышел ли из клуба Питер…

Собрав всю волю в кулак, она не сделала этого и даже бросилась бежать, словно боясь, что за ней гонятся.

Хотя никто за ней не гнался.

И только через какое-то время вспомнила, что снова забыла спортивные перчатки и наушники – на этот раз на асфальте перед черным выходом. Питер наверняка подумает, что она забыла их нарочно, дабы он прислал их забывчивой девушке экспресс-почтой.

А ведь все вышло случайно!

Или нет?

Возвращаться она не будет: это Вика знала твердо. Если пришлет экспресс-почтой, значит, пришлет.