Дворец, где разбиваются сердца

Кажется, Ногера перешел к решительным действиям! А его жена, ревнивая Камилла, сидит с другой стороны! Так что же делать? Спихнуть руку назойливого Пруденсио или, может, опрокинуть на его белоснежный костюм, манжеты которого были, как обычно, украшены затейливыми запонками, бокал с вином?

Внезапно ночную тишину прорезал еще один крик, на этот раз совершенно отличный от рулад, выводимых Плачущей Долорес. В столовую, где находилось избранное общество, ворвалась девочка-служанка четы Ногера и, задыхаясь, прокричала:

– Она там, Плачущая Долорес! Она пришла в сад! Она хочет меня убить, я это знаю!

Девчушка забилась в истерике, дон Пруденсио поднялся из-за стола и весьма уверенно произнес:

– Успокойся, моя дорогая! Не надо никаких сцен! Если помнишь, ты уже один раз приняла развешанные во дворе простыни за привидение!

– Она там, на дереве, – продолжала твердить девушка, размазывая слезы по личику.

 – Она едва на меня не напала и с таким грохотом обрушилась вниз, наверняка хотела выпить из меня кровь!

– Не говори глупостей, – прервала ее донна Камилла.

До слуха присутствующих донеслись непонятные звуки из сада. Там в самом деле кто-то находился. Эльке стало не по себе. Это не призрак монахини, она уверена, однако, быть может, какое-то опасное животное, забравшееся в сад Ногеры.

Пруденсио с племянником вышли в темноту и направились к огромному дереву, росшему совсем рядом со стеной дома. Через несколько секунд гости услышали крики, затем на пороге освещенного дома появился разъяренный мэр, который пихал в спину молодого человека, державшего в руках фотокамеру.

– Вот он, твой призрак! – кипятился градоначальник. – Сидел под деревом, с которого, по всей видимости, сверзнулся вниз. Отвечай, что ты здесь делаешь? И кто ты такой?

Молодой человек, невысокий, с зачесанными назад темными волосами, молчал. Зато голос подала Николетта:

– Кажется, я его знаю. Если не ошибаюсь, мы имеем честь лицезреть господина Кая Анадино, столичного журналиста, который специализируется на написании клеветнических и просто откровенно лживых статеек в «желтой» прессе.

Пруденсио, который замахнулся на молодого человека, опустил кулак и уже миролюбивым тоном добавил:

– Это правда? В любом случае вы незаконно проникли на территорию моего сада и что-то делали на дереве, причем с фотоаппаратом. Что именно?

Пойманный с поличным журналист признался, сверкнув глазами в сторону Николетты:

– Комиссар Кордеро меня узнала.