Дворец, где разбиваются сердца

Стоят дома, в них громоздится мебель, на улице припаркованы автомобили, а везде только скелеты. Как на автозаправке.

Гоня прочь глупые мысли, Эльке заспешила по дороге в Санта-Клариту. Вот и первый дом – большой, старинный. И, что важно, расцвеченный огнями. Там есть люди, живые люди, и это грело душу Эльке Шрепп. Хватит с нее приключений, постучит в дверь, все объяснит, попросится переночевать, а утром – прочь из Санта-Клариты. И вообще, пора домой, в Гамбург!

Комиссарша подошла к воротам, нажала кнопку звонка.

До нее донесся отдаленный трезвон. Но никто не спешил открыть ей дверь. В чем же дело? Эльке толкнула ворота, те распахнулись, Эльке оказалась в патио, внутреннем дворике. Она прошла по каменной дорожке, которая вела мимо клумб, к дому. Клумбы ухожены, так что в доме явно кто-то обитает. Нет ни малейшего следа запустения. Ура!

Эльке позвонила в дверь особняка, но ответом ей было молчание. Понятно, хозяева по причине позднего часа могут уже быть в постели, кроме того, наверное, здесь не принято открывать дверь, если в нее кто-то звонит в полночь.

– Прошу прощения! – закричала Эльке по-испански. – Меня зовут Эльке Шрепп, я – немецкая туристка. Моя машина заглохла на дороге, поэтому я обращаюсь к вам за помощью. Могу ли я остановиться у вас? Я заплачу, с этим никаких проблем!

Эльке показалось, что во дворе метнулась темная фигура. Значит, здесь кто-то есть? Но кто? И почему, если тут есть люди, ее реплики не вызвали никакой реакции? Или ей не верят? Судя по нравам, царящим в стране (скелеты на автозаправке.

..), чужаков здесь не любят. Но не ночевать же ей на пороге дома!

Набравшись храбрости, Шрепп толкнула входную дверь. Та подалась, пропуская Эльке внутрь особняка. Комиссар обернулась, уверенная, что снова услышала шорохи около ворот. Так и есть, кто-то нырнул за них. И что это значит?

Она очутилась в залитом искусственным светом холле. Дом был обставлен богато и со вкусом. Эльке еще раз громко повторила фразу о том, что она немецкая туристка и нуждается в помощи.

Ее не могли не слышать.

Снова никто не отреагировал на ее слова. Поэтому, на всякий случай сжимая в руке пистолет, Эльке направилась в зал. Включенный телевизор, показывающий старый фильм (кажется, «Касабланка»), на столике перед телевизором – чашка кофе и зажженная сигара. Сигара еще тлеет, а кофе теплый. Значит, тот, кто приготовился наслаждаться шедевром кинематографии, где-то рядом.