Ее настоящая жизнь

Три сенатора, четыре муниципальных депутата, ряд бизнесменов, федеральный судья, два заместителя шефа полиции, масса актеров и режиссеров, в основном малоизвестных, из близлежащего Голливуда – и даже одна дама, мадам Дамор, ушлая эксцентричная операторша, которая снимала все происходившие на ранчо мерзостные делишки на камеру и клепала потом гадкие фильмы, распространявшиеся за огромные деньги в кругу посвященных.

Детектив, который помог Нине, в самом деле стал не только известным, но и богатым: он вознамерился писать книгу, права на которую были куплены одним из голливудских гигантов.

Репортер, неплохой, в целом и общем, малый, быть может, несколько тщеславный, также высоко взлетевший, явно подбивал клинья к Нине, поэтому пригласил ее в один из лучших ресторанов Города ангелов и, положив свою ладонь на руку Нины, под французское шампанское и устрицы сделал ей нечто, похожее на предложение.

Высвободив свою руку из-под его ладони, Нина мягко сказала:

– Ты хороший парень, но…

Репортер промямлил:

– Но чем я тебя не устраиваю? Я сейчас уже чертовски много зарабатываю, а буду еще больше! У меня такие ослепительные перспективы…

Нина еще мягче заметила:

– Вот я и не хочу их разрушать.

Нина, конечно, сгущала краски, но тщеславный парнишка принял все за чистую монету.

– О, ты в самом деле так считаешь? – произнес он мечтательно, уже напрочь забыв о том, что только что предложил Нине выйти замуж. – Мне нужна не жена, а постоянно меняющиеся любовницы?

Он взглянул на Нину, а та, подозревая, что начать он хочет с нее, сказала:

– Решать, конечно, тебе, но я не успела сказать тебе, что покидаю Лос-Анджелес.

Репортер хоть и вздохнул, но скорее патетично, чем огорченно:

– Ах, как жаль! Ты ведь мой добрый ангел, Нина! Но ты ведь заглянешь сюда еще как-нибудь?

Нина, допивая шампанское, которое и правда было великолепным (на это репортер денег со своих выросших гонораров не пожалел), ответила:

– Ангелы дважды не прилетают.

Она знала, что после этого вечера они никогда больше не увидятся. Каждый жил не только в своей временной эпохе, но и в собственной вселенной.