Демоны зимних ночей

Кроме того, есть журналисты из Америки, Российской империи и даже Персии и Японии!

Я спешу подняться по узкой витой лестнице на балкон, где располагаются места зрителей и представителей прессы. Когда я занимаю кресло, раздается голос: «Встать, суд идет!»

Все, следуя этой команде, поднимаются. Подсудимая, не отрываясь, следит за тем, как появляется судья: полный седой господин с роскошными бакенбардами в стиле кайзера Франца Иосифа. Посланец Фемиды облачен в длинную алую тогу, на голове завитой парик.

Судья опускается в массивное кресло, удар деревянного молоточка оповещает всех присутствующих, что последнее заседание в процессе маркизы де Вальтруа открыто.

– Обвиняемая, – судья обращает свои слова к маркизе, – перед началом прений сторон вам предоставляется последнее слово.

Адвокат маркизы что-то шепчет своей подопечной, Мари-Маргарита качает головой и хмурит брови. Законник явно против того, чтобы маркиза воспользовалась предоставленной возможностью и обратилась к высокочтимому суду.

– Ваша честь, я хочу сказать несколько слов. – Голос маркизы де Вальтруа, звонкий и чистый, разносится под сводами зала судебных заседаний.

– Прошу вас. – Судья снова ударяет молоточком.

Маркиза с неподражаемой грацией (и кто бы мог подумать, что ее отец был мелким железнодорожным чиновником, а мать – дочкой булочника) поднимается со скамьи подсудимых. Воцаряется тишина.

Мы, репортеры, стараемся уловить каждое слово, следим за каждым жестом маркизы. Все, что будет сказано ею сейчас, уже этим вечером появится в экстренных выпусках трех десятков наиболее известных газет всего мира.

– Дамы и господа, досточтимый суд, ваша честь! – маркиза совершенно спокойна, и в который раз ваш покорный слуга ловит себя на мысли, что эта женщина не может быть виновной в тех ужасных преступлениях, в которых ее обвиняют.

– Волей судьбы я оказалась здесь, всеми презираемая и ненавидимая. Прокурор пытается убедить вас в том, что я, Мари-Маргарита де Вальтруа, являюсь новой маркизой де Бринвильер[1 - Французская аристократка (1630—1676), отравившая ради наследства мужа, отца, двух братьев и сестру и еще не менее пары десятков человек; была обезглавлена в правление Людовика XIV.

Голос маркизы дрожит, на глазах блестят слезы. Ваш покорный слуга чувствует ком в горле.