Алхимия иллюзий

Ты же не хочешь, чтобы он страдал?

Вика, все еще удерживая руку Игоря, произнесла:

– Поклянись, что не будешь его бить!

– Да я его и пальцем не трону! – заявил с легкостью Игорь. – Клянусь!

И, поцеловав Вику, он исчез из кафе.

Утром Вику разбудил телефонный звонок, и Игорь доложился:

– Проблема решена, Вичка! Мы провели с шизоидом воспитательную беседу.

– Ты же поклялся, что и пальцем его не тронешь! – воскликнула Вика, на что Игорь невозмутимо ответил:

– Я и не трогал, Вичка.

Другие трогали. А мы обговаривали только мое невмешательство…

Вика нервно рассмеялась, а Игорь продолжил:

– Ну, мы же не звери. Прижали его маленько, потрепали чуть-чуть. Крови почти не было.

– Игорь! – воскликнула возмущенно Вика.

Игорь виновато произнес:

– Ну, если совсем без крови, то такие не поймут. А он понял, проникся, зарекся больше не усложнять тебе жизнь. Я пригрозил ему расследованием его делишек в соседней области, а также пожаром, при котором погибли его родаки и соседи.

Намекнул, что если будет и дальше портить тебе жизнь, то навредит в итоге исключительно себе. Думаю, что в самом деле до него дошло. И не дуйся, Вичка, потому что надо рассматривать это так: мы помогли этому шизоиду вернуться на правильный путь и уберегали его от очень больших ошибок.

Вика очень сердита, однако в то же время понимала, что дуться на Игоря не имеет смысла. Потому что увещевания, слезы и воззвания к совести в отношении Виктора Титова не имели смысла.

Следовательно, не оставалось ничего иного, как прибегнуть к силе.

Последние дни лета пронеслись как ураган, и наконец настал канун первого сентября. Игорь, как всегда, вечером проводив Вику до подъезда, чмокнул ее в щеку и сказал:

– Думаю, твои предки, когда узнают всю правду о шизоиде, быстро проникнутся ко мне любовью. Кстати, когда с ними об этом поговорим?

– Вот когда получишь эксклюзивную информацию от своего дяди, а также от психиатров из соседней области, тогда к ним и пойдем, – заверила его Вика.

– Значит, до конца сентября все разрешится! – просиял Игорь. – Ну, Вичка, до завтра! Линейка во сколько начинается, точно в девять, а не в двенадцать?

– В девять, не забудь! – засмеялась Вика и обняла Игоря. – И не вздумай опаздывать! До завтра, муженек.

Когда первосентябрьская линейка началась, а Игоря все еще не было, Вика почувствовала глухое раздражение, переходящее в злость.