Билет в Зазеркалье

 – Он хочет отобрать у вас вашего мальчика?

Горестно вздохнув, Инна ответила:

– Если бы! Отец к Женечке равнодушен, хотя, если сказать по правде, сына он не любит. Геннадий не хотел его появления на свет. Еще бы, ведь он урод!

Инна вновь заплакала и внезапно прижалась к Тимофею. Затем, осознав, что это крайне странно, попыталась отодвинуться, но Тимофей не отпустил.

– Инна, тебе необходимо выплакаться… То есть вам, я хотел сказать, извините, конечно же, вам… Поверьте мне, от этого полегчает!

И она на самом деле, проплакав на плече соседа Тимофея несколько минут, почувствовала, что ей становится лучше.

Если бы ее Геныч был таким! Когда-то он и был. И, вероятно, сейчас тоже он такой, но больше не для нее и не для Женечки.

Сосед Тимофей, надо отдать ему должное, не пытался использовать ситуацию в своих целях, не приставал к ней.

А, может, если бы попытался пристать, было бы не так уж и плохо?

Инна отогнала от себя эту глупую мысль. Понятно, отчего подобные ей пятидесятилетние тетки берут в любовники молодых парней.

Зачем ему Инна?

– Мамочка, почему ты плачешь? Тебе что, плохо? – услышала она голос сына и немедленно отстранилась от Тимофея.

Женечка, с собачкой Долли на руках, стоял перед диваном и внимательно смотрел на них.

– Нет, все очень хорошо! – заверила его Инна, вскакивая на ноги.

Она поспешила в ванную, чтобы привести себя в порядок, но успела услышать вопрос любопытного Женечки:

– А ты что, теперь будешь моим новым папой? А если так, то ты подаришь мне Долли?

Умывшись и подкрасив губы, Инна вернулась в гостиную и обнаружила, что та пуста – и Тим, и Женечка переместились на кухню. На столе возвышались блюда с блинчиками и оладушками.

– У нас будет пир горой, мамочка! – радостно кричал Женечка. – А почему блинчики горой, а не холмом или скалой?

– Ну, думаю, нам с Долли пора, – проговорил сосед Тимофей, а Женечка, взяв его за руку, практически силой усадил на стул.

– Нет, вы останетесь! А Долли можно немного блинчика? Ну, хотя бы самую малость?

Услышав, что речь идет о ней, собачка завертелась волчком, а потом встала на задние лапки.

– Вообще-то, нельзя, но сегодня, так и быть, можно! – улыбнулся Тимофей. – Благодарю за приглашение, но, боюсь, что такое я не ем.