Клятва верности

Риана сделала еще одни круг по смотровой площадке. Все так же тщетно всматриваясь в стену огня. На краткий миг ей показалось, что кольцо разомкнулось почти напротив центральных ворот города, но взметнувшееся в вечернее небо пламя дало понять ей, что скорее всего она видела оптический обман. Мираж, вызванный движением раскаленного воздуха.

Герцогиня понимала, что ничего нового не увидит, и что пора спускаться вниз, чтобы принять участие в совете, но зрелище адского пламени завораживало. Не давало оторвать взгляд.

При этом вид колдовского огня постепенно ослаблял волю наблюдателя, подтачивая его тягу к действиям и волю к жизни. Все это Риана знала из донесения библиотекаря димиурга, которому было приказано собрать информацию о старинном артефакте. Но оторваться от устрашающего зрелища герцогиня не могла. Замерев на одном месте, она смотрела на языки пламени, сжигающего вишневые первоцветы, и не могла заставить себя сдвинуться с места.

– Госпожа, нам пора идти, – негромко окликнул ее Дрейк Прин.

Риана кивнула и, наконец, смогла вырваться из колдовского наваждения. По-правде говоря, она даже была благодарна Дрейку за то, что он догадался ее позвать.

Величественно проследовав мимо капитана гвардии, она ступила на каменную лестницу, ведущую вниз. Дружинник с факелом, освещая дорогу перед ней, начал спуск. Дрейк Прин, подхватив с крюка масляную лампу, опередил герцогиню и, подав ей руку, пошел чуть впереди. Милая предусмотрительность. Ступеньки были выщерблены, и уж никак не предназначались для легких дамских туфелек.

Им более близко были знакомы тяжелые кованые сапоги дозорных дружинников. Но никак не мягкие подошвы белоснежных лодочек герцогини.

Риана мельком взглянула в лицо своего провожатого.

Эх, какой из тебя капитан королевской гвардии, Дрейк Прин. Насмешка судьбы, да и только.

Герцогиня знала Дрейка с младых лет. Еще задолго до своего замужества и возвышения. Они выросли вместе в захолустном городке герцогства. Их семьи дружили между собой, поскольку мелкопоместным дворянам в такой глуши больше и не с кем-то общаться.

Как сейчас она помнила, как собирались четыре семьи, весь цвет местной аристократии. Ее родители, чета Шерт, семейство Принов с оравой сыновей, в которой Дрейк был самым старшим и единственным ее ровесником.

Кроме них на веселые пирушки были званы Лероны с еще одним ее погодком Симоном. Семья совсем уж бедных, но, тем не менее, достаточно знатных в прошлом дворян.