Клятва верности

И правда, задорному и веселому характеру Милана не была свойственна хандра. Да и излишняя серьезность тоже.

– Не знаю, Риана. Меня в последнее время мучают какие-то недобрые предчувствия.

Как только слова Милана Альта стихли, и Рио уже хотела сказать ему, что все предчувствия – это полная чушь, как прямо над домом с легким треском взвилась белая мерцающая искорка. Она сияла, словно бенгальский огонь и все выше и выше устремлялась в небо. Яркий свет, исходящий от нее был, наверное, виден за десятки миль в округе.

– Как красиво, – восхищенно выдохнула Риана. – Наверно это отец сделал сюрприз и заказал для праздника фейерверк.

– Боюсь, Рио, на сей раз ты ошиблась, – сказал Милан, стараясь не выдать волнения в своем голосе.

(Получасом ранее)

Командир отряда сидел у постели раненого. На груди молодого человека, лежащего на кровати, тускло мерцал небольшой амулет, сделанный в виде колбочки.

Раненый был молод. Настолько молод, что его можно было даже назвать и юным. Мешало только бесконечно усталое лицо, изборожденное морщинами и не по годам старые глаза.

– Как ты, Берт, – спросил сион у раненого.

Уголок рта лежащего на кровати человека дернулся в безнадежной попытке изобразить улыбку.

– Не хотелось тебя расстраивать, Рем, но, кажется, я умираю.

– Брось, – голос старшего отряда звучал одобряюще и одновременно как бы просительно.

– Брось, мы почти уже дома. Мы выбрались из стопроклятого Тармана, пересекли Фалеонские хребты, и вот когда мы уже в паре днях пути от Аркина ты вздумал умирать?

– Я говорил тебе с самого начала, что я уже нежилец. Укусы Наги смертельны. Моя сила бесполезна против ее яда и только продлила агонию.

– Но ты же говорил, что верховный мог бы тебя спасти.

– Может быть, и мог, но теперь уже слишком поздно. Яд полностью отравил мою кровь. Я чувствую, как по моим жилам течет жидкий огонь.

– Светлые силы, как это ужасно, пройти через все и умереть на пороге дома, – Рэм трагически склонил голову.

– Да, мне очень жаль, что я не смогу в последний раз увидеть обитель демиургов, – единственный дом, который я знал в своей жизни.

– Единственное, что меня радует, что мы все-таки сумели достать эту тварь.

– Да, – согласился сион – я только легенды от наших стариков о такой пакости слышал.