Клятва верности

Поскольку Огненный Легион имел явное преимущество, то непонятно, из каких соображений его командор проявил мирную инициативу.

Выслушав мнения всех, Риана приняла окончательное решение.

– Приказываю, – обратилась она к офицеру стражи, – впустить парламентера, предварительно лишив его всяческого оружия. Приставить к нему конвой из десяти рыцарей гвардии, дюжины арбалетчиков из числа дружинников и четырех сионов.

Дрейк Прин удовлетворенно кивнул, посчитав, что названного числа охраны хватит для того, чтобы справиться с Тарманским послом, вздумай он попытаться причинить вред герцогине, либо кому-то другому.

Офицер стражи умчался выполнять поручение, а верховный совет Аркинского герцогства решил перенести дальнейшее заседание в тронный зал, специально предназначенный для приема послов и других официальных мероприятий.

Ожидание немного затянулось, поскольку путь до главных ворот от резиденции герцогов Аркинских был не столь уж близок.

Первый советник Симон коротал ожидание, изучая очередной старинный том, в надежде найти ответы на мучащие его вопросы.

Лейтенант Эрлин Гор позволил себе немного расслабиться за бокалом вина. Вечно брюзжащий Риман Обол, немного подумав, решил составить ему компанию.

Герцогиня изнывала, сидя на троне. Как и в круглом зале совещаний, она заняла место на малом из двух церемониальных кресел, оставаясь верной своему выбору.

Дрейк Прин, для которого служба не заканчивалась ни днем, ни ночью, предпочел вино наблюдательному посту у окна.

Он лично хотел убедиться собственными глазами, что парламентер будет доставлен под надежным конвоем.

Наконец, ворота внутреннего замка распахнулись, и во двор стала втягиваться процессия, сопровождающая одного единственного Тарманского парламентера.

– Святой боже… – не сдержавшись, воскликнул Дрейк, рассмотрев в ярком свете факелов, освещающих двор, фигуру Тарманского рыцаря.

Услышав его возглас, все как один присутствующие невольно потянулись к окнам.

Всем хотелось узнать, что же вызвало такую реакцию бывалого вояки Прина.

А там, действительно, было на что посмотреть.

Посередине двора выстроилось каре из десяти гвардейцев, в центре которого невозмутимо двигался настоящий великан. Рыцарь, облаченный в черные доспехи, был на целую голову выше рослых гвардейцев. Один только вид его вызывал невольную дрожь в коленках и паралич речевых органов.