Закат Фэнтея

Раненый не станет лететь на исходную. Оба и здесь.

– Пусть идут. Приготовиться! Лучники! Дадим им по морде!

– Армейский язык далек от поэтики. – Улыбнулся лайн.

– Зато краток и понятен.

– Да уж. – Тэмиаль вложил меч в ножны и отставил щит. – Мне бы лук.

– Чего же раньше не спросил?

– Начинается серьезное дело, хочу поучаствовать.

– Я слышал, эльфы большие профи по этому делу. – Лейгал приказал передать ему лук.

– Это иломаны, лайны хуже, но меня учили. – Тэмиаль наложил стрелу на тетиву, еще одну зажал в зубах.

Драконы понеслись к монастырю. Раненый значительно приотстал, но его брат уже ворвался в зону досягаемости для лучников. Его успели осыпать стрелами дважды, пока он не распахнул пасть, и пламя не понеслось к стене.

Тэмиаль не стрелял, ждал, натянув тетиву. Только наконечник стрелы и черный глаз монстра, все остальное потонуло в тумане, оно сейчас не нужно, он мешает. Секунды растянулись, медленно, словно во сне, открывается зубастая пасть, все шире и шире.

Лайн нырнул за парапет, новая стрела уже заряжена. Огонь полыхнул над головой, и Тэмиаль вскочил, не обращая внимания на жар вокруг, от которого затрещали волосы. Мгновение на прицеливание, и вторая стрела сорвалась с тетивы. Первой он попал, она ушла до половины в правый глаз дракона, а вторая вонзилась под крыло, но ящер не остановился, ревя, он несся на стену.

– Дротики, копья! – Рядом с Тэмиалем, уперев щит в парапет, вырос Лейгал.

Не остановить. Эльф понял это, словно встретившись взглядом с уцелевшим глазом чудовища.

– Боги, Создатели Света и Жизни, помогите. – Сорвалось с его губ.

Случилось. В сотне шаклей от стены дракон вздрогнул всем телом, его голову на длиной шее подбросило так, что она коснулась спины. Рев перешел в протяжное шипение, и он устремился к земле, резко теряя высоту.

– Да! – Выкрикнул Лейгал, вскинув вверх руку с копьем.

Дракон грохнулся перед самой стеной, и пронесся вперед, разбрасывая комья земли. Даже мертвого, ярость бросила его на врага. Огромное алое крыло рассекло воздух и прошлось по парапету, ужасным клинком сметая все на своем пути, разрубая людей пополам, отбрасывая руки и головы, кроша в кровавую кашу кости, а потом накрыло мертвое тело гиганта, разбившего морду об стену, сотрясшего весь монастырь до основания.