Черничный пирог

Он сел на диван и склонился к коленям. Такого стресса он еще никогда не испытывал. Чем больше он думал о случившемся, о том, что узнал, тем больше его сковывали страх и паника.

Сбоку скрипнул пол. Ева.

– Что с тобой? – тихо спросил силуэт в дверном проеме.

Марк ничего не ответил. Он облокотился на спинку и перевел взгляд на окно. Вытерев глаза, он вздохнул, дрожа грудной клеткой и подбородком. К нему на плечи ложатся нежные женские руки, ласково берут его за лицо и поворачивают к себе.

– Марк, – прошептала она, – ответь мне.

– Мне нехорошо, – дрожащим голосом произнес он, – очень нехорошо, Ева.

Она опустила руки и обхватила ладонь Марка.

– Ты опять был у этого доктора, Марк?

– Ева, – проигнорировал вопрос Марк, – какое сегодня число?

– Что?

– Скажи, пожалуйста, какое сегодня число, Ева, пожалуйста.

– Я не знаю…

– Ева, – Марк скривил лицо, удерживая слезы, – я сейчас сойду с ума, Ева.

– Марк, перестань, – она поднесла ладонь к его лбу, – что ты такое говоришь? У тебя жар, ты бредишь!

– Я очень на это надеюсь, Ева, я очень надеюсь, что болен чем-то излечимым.

– Марк…

– Я чувствую, – он обхватил свою голову, высвободив руку, – как у меня едет крыша, Ева.

– Марк…

– Мне надо поспать, я очень устал, мне тяжело.

– Марк, это все из-за твоего доктора, – спохватилась Ева, – он делает только хуже, разве ты не заметил? Он лезет в нашу личную жизнь, портит наши отношения и твой рассудок. Тебе надо перестать к нему ходить, Марк. Он тебя не лечит, он лишь усугубляет твое состояние.

Марк посмотрел на нее.

У нее были аккуратные губы, голубые блестящие глаза, короткие светлые волосы и самый нежный голос, который он когда-либо слышал. Как же она прекрасна.

Утро наступило практически сразу, как Марк лег в кровать. Он успел только прикрыть глаза на минуту, как сквозь веки начал просачиваться солнечный свет. Он спал так последние несколько дней. Казалось, что он и не спал вовсе, он забыл, когда видел сны, но при всем при этом он совсем не чувствовал усталости.

Он встал, стараясь не будить Еву, и, не завтракая, начал одеваться. Но она все-таки услышала его и, потянувшись, приоткрыла глаза:

– Куда ты? А завтрак?

– Не хочу, – ответил Марк, завязывая шнурки.