Шанс для рода Шустовых. Том 4

– Почему? – словно маленький ребенок снова спросил я.

– Если выживем, я тебе расскажу. А если нет, то это будет не важно.

Я видел, как Шанс летит в нашу сторону, как он пересекает невидимую черту польской границы. Монстры преследовали его, нападали и с наскока выгрызали куски плоти. Змей этого словно и не замечал.

Еще немного и я смогу накрыть нас всех новым коконом. И пусть Шанс говорит, что у меня что-то не выйдет, я обязан попробовать.

Не дотянув до нас метров сто, змей стал крениться влево.

Его начало заворачивать, он дернулся и рухнул на землю.

– Нет! – заорал я и собрался выскочить из кокона, броситься ему на помощь.

Монстры, почуяв победу завизжали. Раздались визги командиров монстров. Да и визги остальных не прекращались. Теперь твари вопили на все лады. Всё потонуло в оглушающем верещании. Роман зажал уши, как и оба бойца, стоящих рядом.

И вдруг все стихло. Разом. Мгновенно.

Навалилась тяжелая абсолютная тишина. Свет восходящего солнца померк.

Я оглянулся. Со стороны леса в нашу сторону медленно двигалось голубоватое сияние.

Глава третья

Я лежу в поле, вокруг трава. Высоченная. Стебли уходят куда-то в темное небо и колышутся, колышутся, словно под водой. А вокруг меня сотни, тысячи, нет миллионы стрекочущих кузнечиков. И точки звезд в темном небе.

Звук сотен кузнечиков, стрекочущих в унисон, вернул меня в реальность.

То было мое самое первое воспоминание из детства. Раньше него я ничего не помню.

Я допытывался у родителей. Они лишь переглядывались и крутили головами. Говорили, что я не могу такого помнить. Мне тогда не больше полугода было. Но я помню! Одно не понятно. Откуда кузнечики ночью?

Я оглянулся. На лицах моих товарищей застыло выражение страха.

– Дозорный никогда не покидал пределов леса, – едва слышно пробормотал Роман.

Сияние приближалось, а монстры за нашими спинами начали пятиться.

Я, как завороженный смотрел на сгусток не то тумана, не то дыма, от которого шло легкое свечение заметное только на энергетическом плане.

Сам не понимаю, как я на него перешел. Может быть, как только свет померк?

Все происходило словно во сне. В кошмарном сне. Медленно, тягуче и страшно.

Точнее должно было быть страшно, но почему-то я не боялся.

Зато каким-то образом стал видеть одновременно два плана, как тогда со зрением Шанса. В тот момент, как он попытался посмотреть через меня на наш мир.